Оплаченные фантазии
В результате халтурной пластической операции Ольге Владимирцевой изуродовали лицо. Бедняжка вынуждена, выходя на улицу, плотно обматывать голову шарфом и носить большие темные очки. Все судебные инстанции отказали ей в возбуждении уголовного дела против хирурга, испортившего молодой женщине и внешность, и карьеру. Доверившись врачам частной клиники, Владимирцева подписала договор, в котором ответственность за исход операции фактически перекладывалась на саму пациентку. Волею случая Ольга знакомится с Полиной Казаковой, известной в городе как Мисс Робин Гуд. Полина сумеет отомстить негодяям и заставить их не только пожалеть о содеянном, но и заплатить за злодеяния по полной
– А ты откуда знаешь?
– Специально справки наводила, беседовала с теми, кто здесь бывает, – и это было чистейшей правдой. Дедуля много рассказывал мне о казино.
– Ну нет, так неинтересно, – Шурик заметно сник. – Я думал, что понаблюдаю за процессом, а тут и смотреть не на что.
– Но ты ведь пришел сюда для того, чтобы составить мне компанию, не так ли?
– Что? – рассеянно переспросил Жупанов. – Ну да, конечно, я пришел с тобой. Клава, но разве тебя саму здесь что-то занимает?
– О, да! Ты только посмотри на лица игроков! Как они сейчас сосредоточенны! А какие эмоции будут на распасах? А при подсчете взяток?
– Ну, тот старикан с бородкой, конечно, забавный, – Жупанов кивнул в сторону моего дедули. – Такое ощущение, что он ни черта не смыслит в преферансе, но строит из себя доку.
Мне было неведомо, из каких соображений Сашка пришел к такому несправедливому выводу. Но я не стала с ним спорить. Хотя было обидно за Аришу.
В моей маленькой сумочке, расшитой бисером, завибрировал мобильник. От неожиданности я едва не выронила ее из рук.
– Саша, извини, я на секундочку отойду.
– А куда ты?
– В дамскую комнату, я быстро, – сказала я и пошла к двери, расстегивая на ходу клатч и вынимая телефон. – Алло!
– Клава, ты где? – без всякого приветствия осведомился Андрей Александрович.
– Дома, а что?
– Дома? – недоверчиво повторил Жупанов-отец. – Так я тебе и поверил! Что это за музыка у тебя в телефоне?
– Телевизор.
– Ну да, конечно, голову вздумала мне морочить!
Неужели Сашка честно и откровенно рассказал родителям, куда он идет и с кем? Вроде большой уже мальчик... Ладно, попробую выкрутиться. Где-то я слышала, что нападение – лучший способ защиты.
– Андрей, что за тон? По какому праву ты со мной так разговариваешь, требуешь каких-то отчетов?
– Ты, наверное, сидишь с Сашкой в каком-нибудь ресторане, так?
– Так ты, значит, ревнуешь? – я рассмеялась.
– Выходит, я прав! То-то Сашка вырядился, как на собственную свадьбу, и отправился куда-то на ночь глядя. Будь я дома, я бы... я бы...
– Не отпустил его? Или рассказал бы о нашем неудавшемся свидании в «Богемии»?
– Мой сын уже не мальчик, чтобы держать его за руку, но и делиться с ним подробностями своей личной жизни я тоже не собираюсь. Я бы за ним проследил...
Я рассмеялась еще громче, а потом, посерьезнев, спросила:
– Представляю, как глупо это бы выглядело со стороны! Подожди, Андрей, интересно, а ты сам-то где был допоздна?
– В клинике, а ты что подумала?
– Да так, ничего особенного...
– Клавочка, скажи, ты правда сейчас не с Сашей?
– Нет, конечно.
– Почему я должен тебе верить?
– А почему я должна тебе верить, что ты был на работе, а не в какой-нибудь гостинице?
– Зайчонок, ты меня ревнуешь, да? – неожиданно обрадовался пластический хирург.

















