Осторожно! Маша!

Подумаешь какие-то шмары у него есть, но они же однодневки, скоро и их не будет.

* * *Чувствую, что на меня пристально смотрят. Открываю глаза и замечаю сидящую на кровати Машу с улыбкой до ушей.

- Доброе утро. Саш, пора вставать.

- Который час?

- Почти десять.

- Ужас. Я же сказал, что сплю в выходной до двенадцати.

- А я сказала- нет. Максимум девять, пора привыкать.

- Откуда ты взяла одежду и эту… повязку?

- Пока ты спал, сходила в гипермаркет, купила тебе бедному продукты, ну и себе обновку. Не хотела бы тебя злить, но можешь побыстрее встать, позавтракать и отвезти меня домой? У меня там просто собака одна, мне ее выгулять надо срочно.

- Ладно.

Пытаюсь разлепить глаза и иду в ванную. Быстро умываюсь и прохожу в гостиную. На стеклянном столике стоят блины, омлет и кофе. И все кругом убрано.

- Маш, ты во сколько встала?

- Рано.

- Я не просил тебя ничего делать по дому и тем более готовить.

- А я сама захотела. Кто-то же должен заботиться о тебе. Ешь."

"Сажусь на диван и начинаю есть Машины кулинарные шедевры. Сам не понимаю, как так все завертелось, что теперь мы завтракаем вместе. Сам закончил, сам же вновь все и начал. Это диагноз, Краснов. Тот самый диагноз сидит в кресле напротив и ест блинчики, облизывая при этом пальцы от сгущенки. Нравится ли мне эта картина? Определенно да. И это ой, как нехорошо. Ну начну я с ней встречаться, скажем так с сегодняшнего дня, и это что ж получается, два месяца воздержания пока ей не стукнет восемнадцать? Тяжко придется, хотя, с другой стороны, не год же. Черт, а дальше-то как, ведь испорчу же все и ее прежде всего.

- Тебе не нравится?

- Что?

- Блины. Ты ешь как будто смолу, - обиженно произносит Маша.

- Нет. Очень вкусно, правда. Просто я думаю.

- О чем?

- О нас, Маша.

- Начинается, блин. Не порти мне день своим занудством. Что ты мне сейчас скажешь? Что ты встречаешься с Катей, Леной или другой шалавой местного розлива? Не хочу это слышать. Глотай блины и отвези меня домой. Достал. Как же ты меня достал, - бурча себе под нос, произносит Маша.

Встает с кресла и идет в прихожую. Я тут же следую за ней.

- Поздравляю, Маш. Ты добилась своего.

- Ты о чем?

- Мария Сергеевна, не тупи. Иди сюда.

Беру за руку ничего непонимающую Машу, и подталкиваю к стене. Прижимаюсь к ней всем телом, ощущая, как грохочет ее сердце. Смотрю в ее глаза и припадаю к ее сладким губам. Сначала Маша не отвечает, но и не отталкивает, постепенно приоткрывает губы и уже сама ласкает меня языком. Обхватываю ее за талию и забираюсь рукой под джемпер. Наверное, это и отрезвляет Машу.

- Значит вы, Александр Вадимович, все же пали к моим ногам? –победно выдает раскрасневшаяся Маша.

- Я бы не сказал, что это ноги.

- Подожди еще немножко и не только ноги будешь мне целовать.

- Да уж, с кем я связался.