От любви

Адам слега поджал губы, то ли отвлекшись на маневр, то ли на мой вопрос.

— Думаю, это пойдет тебе на пользу, — ответил он спокойно. — Расскажешь им хорошие новости.

Волнение и ликование тут же охватило меня с головы до ног, вызывая улыбку.

Я увижу свой дом. Куда мама так хотела меня привезти! Я увижу комнату, в которой жила и… может, даже что-то вспомню!

— Ты поедешь со мной? — с радостным любопытством спросила я, сжав руку мужа.

Однако он тут же отрезал:

— Нет. Утром я привезу тебя к ним, а вечером заберу. Не выходя из машины.

Его тон и выражение лица тут же отрезвили меня и осадили. Пусть я не помнила своих родителей, не могла всецело испытывать к ним чувства, но такая категоричность неприятно задела.

— Почему? — не удержалась я от хмурого вопроса.

Адам взглянул на меня так, словно ответ был очевиден. Затем невозмутимо вернул внимание на дорогу и постно бросил:

— Просто позвони своей матери, Мариям, и договорись о встрече.

33

Мама вышла встречать меня прямо у ворот, за которыми выглядывал небольшой одноэтажный дом со старой крышей. И, кажется, она уже давно топталась в ожидании, запахивая потуже длинную куртку, хотя я приехала точно к обещанному времени.

Мне тоже не терпелось увидеться. И я тоже волновалась, как перед важным событием.

— Доченька… — тепло произнесла мама, крепко прижимая меня к себе. — Как же я соскучилась!

— И я, — искренне произнесла я, встретившись с ее улыбчивыми глазами.

Услышав шум мотора, невольно обернулась, и мы с мамой сосредоточили взгляд на представительном внедорожнике, стоявшем на дороге. Автомобиль тронулся с места, резво развернулся и покатил прочь.

Внутренности тут же неприятно стянуло. Он даже не вышел. Как и обещал…

— Я заеду за тобой в семь, — предупредил муж, как только мы остановились напротив красных ворот, потемневших от времени. В отличие от меня он был хмур и серьезен. — Может быть раньше, так что будь на связи.

— Да, конечно, — пообещала я, выглядывая маму в окне.

Все внутри торопилось скорее выйти к ней. Однако ручка двери не поддалась, и я растерянно обернулась к Адаму.

Напряженно глядя на меня, он наклонился, вдруг притянул ладонью мое лицо и прикоснулся теплыми губами ко лбу. Такое маленькое мгновение, но когда наши глаза встретились, я застыла на несколько мгновений, парализованная неконтролируемым трепетом. Муж редко проявлял ласку подобным образом, и каждый раз я реагировала одинаково. Этим жестом он вселил в меня уверенность, приятный покой. Но своим последующим упрямством… безвозвратно нарушил все это.

— Идем, Мариям, — утешающе произнесла мама, обняв меня за плечи, будто чувствуя, как поменялось мое настроение. — Холодно сегодня.

Я ведь была предупреждена. Но стало очень неловко и обидно за Адину.