Отчим и падчерица

Но тело мужественно сопротивляется.

Девушка собирает все свои силы и снова кричит, пытаясь вырываться.

– Давай, давай, девочка, впусти меня! – нервно произносит хозяин и его ладони обхватывают тонкую талию Марии.

Она громко вскрикивает от боли, когда головка его члена прорывается и медленно проваливается за преграду. Миллиметр за миллиметром Марию нанизывают на член хозяина.

Все это время Мария пронзительно кричит, головка вальяжно проваливается, утопая в ее анусе и сразу же на гениталии мужчины льется кровь. Колечко анального стража плотно обхватывает головку и вот, она уже в плену. Мужчина морщиться от боли, но на его лице мелькает восхищение:

– Узкая, зараза! Слишком узкая!

Он слегка притормаживает рукой дальнейшее погружение и несколько секунд ждет, когда сфинктер немного растянется и не будет препятствовать дальнейшему погружению.

Мария не перестает кричать, ощущая, как член медленно прорывается, пытаясь залезть поглубже и полностью скрыться в уютном анусе своей жертвы.

Все тело Марии судорожно сокращается, она пытается царапать мужчин, вырывается, делает попытки дотянуться до одного из них и укусить за держащую руку, но все бесполезно, медленно, но верно ее продолжают насаживать на гигантский стержень садиста и она не может это предотвратить.

Наконец, его член полностью скрывается в узком проходе. Мужчина дрожит всем телом, то ли от возбуждения, то ли от той боли, которую он испытывает в своем нежном органе. Эта сладкая боль, рождает в нем противоречивые ощущения: от такого жестокого сдавливания стенками негостеприимной прямой кишки Марии, у него перехватывает дыхание. Весь организм девочки сейчас напрягается, пытаясь выдавить из себя член, словно ненужный мусор.

Мужчина выдерживает паузу, давая тем самым анусу девушки привыкнуть к размеру члена. Он весь вспотел и все лицо краснеет от перенапряжения. Словно этот процесс забрал у него много калорий. Его член не двигается, но все еще разрывает задний проход Марии. Она ощущает, как он пульсирует в ней и прямая кишка отзывается на чужеродный предмет, сразу же рефлексируя и пытаясь выдавить из себя все лишнее.

Но все напрасно. Как бы не было ужасно больно, как бы Мария не пыталась вырваться, безысходность берет свое. Трое мужчин крепко держат ее, зафиксировав в одном положении.

А злобный садист уже начинает слегка ерзать, двигаясь в ее прямой кишке членом понемногу и причиняя ей снова и снова сильную разрывающую боль.

Марии кажется, что дальше этот монстр уже не проберется, но мужчина тянет ее к себе и член продолжает погружение, словно у него необычный мужской инструмент, а выдвижной шланг.

Когда член входит до конца, спустя мучительно долгих три минуты, Мария уже не кричит так пронзительно, а просто хрипит осипшим голосом.