Отрада

У Вереи щемило сердце, хотя мыслила раньше знахарка, что, повидав немало людских горестей за все время своего врачевания, давно она отвадилась так о ком-то волноваться. Но зеленоглазая, длиннокосая девонька, о которой просила приглядеть умирающая мать, растревожила что-то у Вереи в душе.

Храбр распахнул дверь кузни после первого стука. Тоже, поди, и не спал толком, коли в такую рань уже за молот взялся.

— Госпожа? — спросил он удивленно.

— Потолковать с тобой надобно, — вздохнула знахарка, приметив, как поджал кузнец губы, как свел на переносицы темные брови.

Пожав плечами, он стащил через голову кожаный, истрепанный передник и натянул поверх голого тела свободную рубаху.

— Сватать ее, стало быть, хочешь? — спросила без обиняков, и Храбр кивнул.

За их спинами над лесом медленно вставало солнце, и его косые лучи ложились на мокрую от росы землю, просачиваясь сквозь высокие макушки деревьев. Верея вновь вздохнула, припомнив встревоженный взгляд Отрады, которым та провожала ее, когда выходила из избы.

— У меня? — горечь в ее голосе заставила Храбра насторожиться.

Накануне вечером, едва покинув избу знахарки, он отправился на празднество – разыскивать Белояра. Никого ближе не было у него, чем муж сестры. Никому иному он не доверил бы стать сватом. А вернувшись к себе, натолкнулся на удивленный взгляд Твердяты. Тот спросил, что хорошего приключилось, и Храбр рассмеялся. Неужто его радость виднелась и на лице?..

Нынче же чудные вопросы знахарки заставили то тепло, что поселилось в груди со вчерашнего вечера, сжаться. Он уже не чувствовал, что оно согревало его, как было накануне.

— У тебя, госпожа, — буркнул он, отчаянно желая, чтобы знахарка не приходила к нему в кузню этим солнечным утром."

"— Этого-то я и страшилась, — Верея поджала губы. — Али позабыл ты, к кому приходили сватать девку, коли не было у нее родни? У кого защиты просили, коли умыкали невесту?

Не был давно Храбр сопливым юнцом. Но нынче вся кровь отлила у него от лица. Стиснув челюсть, он заскрипел зубами и почувствовал, как забилась жила на правой щеке. Счастье – хрупкое, призрачное, которое он вчера едва-едва потрогал за хвост, в то мгновение показалось ему бесконечно далеким.

— Нет, — тяжело выдохнул он себе под нос. — Нет, нет...

Вестимо, он вспомнил. Такое редко случалось, и за все весны, что был его отец старостой, лишь пару раз приходили к нему женихи. Один раз – сватать сироту без родителей. Какой и была Отрада.

Второй раз – просили принять выкуп за девичью косу, за невесту, которую умыкнули, да передать вено родителям, чтобы искупить содеянное против их воли.

Сироту полагалось сватать у старосты.

У старосты Зоряна Некрасовича.