Пьяная боль

Только их сдерживающая сила не позволяет мне довести начатое до конца.

— Уведи его! — кричит Арчи Аленке и та подхватывает его под руку, уводя прочь всё еще смеющегося гондона.

Мужики продолжают меня держать, пытаясь успокоить. Дергаю плечами и скидываю их нахрен.

— Дэн, блять! — толкает меня Арчи. — Какого хуя ты устроил?

— Нихуя! — огрызаюсь я и бью в стену.

Еще. Еще. И еще.

По трясущимся пальцам стекает кровь из разбитых костяшек. Похуй.

— Денис.

Строгое. Батино.

Игнорирую.

Хлопаю себя по карманам брюк и понимаю, что сигарет с собой не взял.

Арчи без слов понимает, что я хочу, и протягивает мне пачку с зажигалкой.

Достаю одну, прикуриваю трясущимися от адреналина руками. Не чувствую холода. Конец октября. Кое-где уже лежит снег, а я не чувствую ни холода, ни тепла.

Только ярость.

Арчи молчит. Понимает моё состояние, так как сам недавно прибывал в подобном, из которого я его и вытащил.

Не молчит только батя.

— Что за хуйню ты сейчас устроил? Совсем границ не чувствуешь?

— Не чувствую, — киваю я и зажимаю зубами тлеющую сигарету. Протираю руки от крови снегом. — Нихуя не чувствую. Сдох я.

Бросаю окровавленный снежок в стену. Разворачиваюсь и иду в пустынную подворотню. Без цели. Просто, чтобы уйти. Свалить подальше. Возможно, нахуяриться где-нибудь в хлам и забыться.

Всё забыть.

Её забыть…

Глава 38. Полли

Машина раздражающе медленно везет нас по городским пробкам. Меховой воротник белоснежной шубки неприятно щекочет шею.

Мама смотрит в окно и нервно теребит в руках букет невесты.

Мой букет.

Каждый новый поворот, каждый новый километр всё больше и больше приближают меня к загсу, в котором через полчаса назначена регистрация брака между мной и Костей.

Я дала своё согласие в тот же вечер после разговора с Михаилом Ильичом.

Назло.

Чтобы не видеть и не знать их жалостливых или виноватых взглядов в мою сторону. Чтобы не чувствовать присутствие Дениса, словно дышащего мне в затылок, хотя его даже рядом и нет.

Согласилась, в доказательство того, что с уходом из жизни Саидова я сама не перестаю существовать. Я так же могу найти себе новое приключение или даже мужа, который меня боготворит.

Именно этими мыслями я настраивала сегодняшней ночью свою уверенность, последний раз ночуя в квартире родителей.

Да, Костя влюблен или, возможно, вовсе меня любит. Его нежность и забота проявляются в каждом робком прикосновении, в звонках, в которых он меня спрашивает о моем самочувствии и не нужно ли мне что-то привести или ему приехать самому. Он подстраивает под меня свои планы, отгораживает от давления своих родителей, которые отчего-то решили, что я должна непременно жить с ними и рожать у них на глазах.

Хотя… Так было до моего признания им, что ребенок не от Кости.