Пьяная боль

— Я в домике! — прижимая к себе полотенце, внимательно смотрела в карие глаза Дениса, наблюдая за тем, как он медленно приближается ко мне, подобно хищнику и тяжело дышит.

— Ты в моем домике и без трусов, — подчеркнул он пару фактов из моей биографии и оперся ладонями о холодильник по обеим сторонам от моей головы.

— Пошляк, — закатила глаза и сильнее прижала полотенце на груди.

— А это что? — нахмурился Денис и вытянул из-под магнита на холодильнике белый конверт.

— Это деньги.

— Какие деньги? — спросил он, очерчивая уголком конверта линию вдоль моей ключицы.

— За то, что я живу у тебя.

— Не понял, — вся игривость и веселость в его глазах исчезли. — Нахрена?

— Денис, — начала я аккуратно и, на всякий случай, положила ладонь на его грудь, прямо туда, где красовался след медвежьей лапы. — Я живу у тебя почти неделю. Ты обеспечил меня жильем, лекарствами и продуктами. Должна же я хоть что-то тебе возместить. Я не могу и не умею жить за чужой счет.

— Ты считаешь, что я не в состоянии обеспечить свою женщину? — спросил он холодно и отшвырнул конверт с деньгами в сторону. Приблизился ко мне почти вплотную, отчего пришлось сильнее упереться ему ладонью в грудь и вскинуть голову, чтобы лучше видеть его взгляд, пусть и немного злой.

— Вот и обеспечивай СВОЮ женщину. Я-то здесь причем? — нервно улыбнулась и невольно напряглась, заметив как черты его лица стали острее, а в глазах вспыхнуло незнакомое мне пламя.

— Ты специально меня злишь? — спросил он низким голосом, вибрация которого, казалось, распространилась по всему моему телу.

— Нет, — усмехнулась я. — У меня талант.

— Еще раз вздумаешь сунуть мне деньги…

— Если не возьмешь деньги, то я куплю в твою квартиру новый огромный диван, чтобы тебе было удобнее на нем спать. Так что, либо бери те деньги, что в конверте, либо я потрачу в разы больше, чтобы купить тебе диван.

— Ты не слишком ли дерзкая для человека, который находится передо мной в одном полотенце?

— А ты? — парировала я, бросив быстрый взгляд на его бедра, где едва держалось полотенце.

— А я и без него могу тебе по заднице надавать, — произнес он ехидно и одним движением руки сбросил с себя полотенце.

— Денис! — вскрикнула я и уставила глаза в потолок, чтобы не смотреть туда, где уже не осталось секретов.

— Всё? Уже не такая дерзкая, да? — сказал он самодовольно, отчего дерзкая баба внутри меня зажила своей самостоятельной жизнью.

Глядя ему в глаза, уверенно приблизилась своими губами к его губам и, заметив легкую растерянность в его взгляде, произнесла:

— Пососёмся?

Хитрая улыбка, блядский прищур.

— А вот и нет, — отклонился он от меня, демонстрируя максимальный выпендреж. — Моя очередь быть неприступной скалой.