Пленница генерала драконов (СИ)

Выдёргиваю свою руку и отступаю назад к отцу.

Мирантор и Крижария опускаются в свои кресла. Я встаю рядом с креслом императора. Одного за другим объявляют важных гостей, которых Мирантор лично приветствует. Правда, на этот раз уже не поднимаясь со своего кресла.

Лорд и леди Доэрти. Леди Традси. Лорд Крэйс…

С трудом сдерживаю зевоту, стою и жду, когда начнутся танцы и можно будет незаметно уйти. Сжимаю кончиками пальцев резное дерево императорского кресла и от скуки считаю канделябры на стене.

Сорок семь, сорок восемь, сорок девя…

Не обращаю внимания, когда объявляют очередное имя. Тем более одновременно с этим Мирантор принимается кашлять. Откашлявшись, он поворачивается ко мне:

— У меня для тебя сюрприз, дочка. Я решил, ты будешь рада увидеть знакомое лицо, — Император лукаво подмигивает и кивает в сторону зала.

Что?

При виде мужского силуэта в другом конце зала меня бросает в жар. Сон, в котором я живу все последние дни, словно рукой снимает.

Мне плохо. Мне душно. Я забываю, как дышать. Хочется развернуться и бежать без оглядки, но ноги будто к полу приросли.

Быстрым уверенным шагом, впечатывая в пол начищенные до блеска сапоги, по проходу мимо людей идёт высокий широкоплечий мужчина в чёрном генеральском мундире. Его длинные чёрные волосы ниспадают назад. Взгляд янтарных глаз с вертикальным зрачком смотрит прямо… на меня.

— Райгон, — выдыхаю я и с такой силой сжимаю спинку императорского кресла, что под ногтями крошится позолота.

15. Новые роли

Аурэлия.

Каждый шаг Райгона отдаётся ударом в груди. И это не просто страх или волнение от новой встречи. Это нечто большее. Иное. То, что я никогда раньше не чувствовала.

Гигантская огненная волна надвигается на меня безжалостно и неотвратимо, накрывает с головой, подхватывает и возносит наверх. Внутри нещадно жжёт, а сердце стучит, будто ненормальное.

Туман апатии, в котором я жила все последние дни, вмиг сметён. Щёки пылают, внутри всё объято пламенем, мне жарко, но тело бьёт дрожь.

Я снова вижу яркие краски вокруг, все оттенки янтаря в его пристальном взгляде. Слышу звуки: уважительный шёпот мужчин, игривое хихиканье девушек и их восхищённые взгляды, на которые Райгону всё равно. Он смотрит чётко на Императора и идёт вперёд.

Облизываю губы, чувствую во рту вкус ягодной помады. Вдруг вспоминается наш единственный поцелуй в полутьме ритуального зала.

Гладкая позолота императорского кресла скользит под подушечками пальцев, ставшими влажными от волнения.

Райгон резко останавливается в паре шагов от нас, склоняется перед Императором и выпрямляется снова.

Меня дурманит аромат нагретого солнцем кедра и чёрного перца. Что за наваждение такое? Я уже на грани обморока от внезапных эмоций, и понятия не имею, что с ними делать. Теперь.