Пленница мрачного лорда

– Обычно ты говоришь прямолинейно и не уходишь от ответа. Думаю, ты пытаешься скрыть собственную неосведомленность. Интересно, отчего ты не хочешь обсуждать это со мной.

Анвен бросила на Тига еще один взгляд украдкой и тут же пожалела об этом. Его черные глаза звали ее, манили, так что пришлось крепко зажмуриться, чтобы избавиться от внезапно возникшего напряжения.

– Терпением я не отличаюсь, Анвен, и не стану отрицать своего к тебе влечения. Оно возникло с тех самых пор, как я впервые тебя увидел. Но если словам моим и недостает учтивости, разве действия не доказывают силу моей страсти к тебе?

– Действия? – насмешливо повторила Анвен.

 – Вы сделали меня своей пленницей! Это вы все время мне лжете!

Тиг не сдвинулся с места, но Анвен почувствовала, как он напрягся.

– У меня имелись причины утаивать от тебя некоторые сведения, но во всем остальном я был честен. Заявив, что никогда еще мое желание к женщине не было столь велико, я сказал правду. Даже сейчас оно терзает меня, однако я сдерживаюсь.

– Сдерживаетесь? Вот, значит, как вы называете похоть и обман?

– А ты, выходит, столь хорошо знакома и с тем и с другим, чтобы сразу распознать их проявления? – напирал Тиг.

 – Ты храбро держишься, но сильно обделена остальным.

Анвен не следовало удивляться, что он исказит ее слова, но, раз он считает, что ей недостает очарования, почему не оставит ее в покое? Отвязав последнюю тесемку, она повернулась спиной к Тигу, чтобы посадить Галли на насест.

И тут же осознала свою ошибку. Птица у нее на руке служила живым щитом между нею и Тигом, который еще на шаг сократил расстояние между ними.

– Я ранил твои чувства, да? – спросил он, лаская дыханием ее шею.

– Как вы могли ранить мои чувства?

Галли беспокойно завозился на перчатке. Анвен понимала, что слишком грубо обращается со своим питомцем, но ничего не могла с собой поделать: пальцы дрожали и не слушались ее.

– Позволь мне.

Тиг протянул руки, заключив ее в объятия, и ловко отвязал птицу. Анвен ожидала, что теперь он отойдет в сторону, и, когда этого не случилось, сама развернулась в кольце его рук. Он по-прежнему стоял неподвижно.

– Анвен?

Она упорно смотрела ему в грудь.

– Отпустите меня.

– Анвен, – повторил Тиг, заставляя посмотреть себе в лицо.

Она повиновалась.

Его черные глаза притягивали и пронзали.

– Своим замечанием я просто хотел сказать, что ты обделена знаниями о плотской близости, что весьма любопытно, принимая во внимание твою прямолинейную манеру поведения.

Проведя рукой по щеке Анвен, Тиг взял прядь ее волос своими мозолистыми пальцами. Это прикосновение немедленно отозвалось в потаенном уголке ее тела.

– Известно ли тебе, – продолжал Тиг, – что на солнце твои волосы сияют, точно золото?

Что-то случилось с дыханием Анвен.