Плоть и кровь

От травы тянуло сырым, бесстрастным запахом, Сьюзен вглядывалась в живот Тодда, покрытый крошечными лужицами семени, молочно светившимися в переменчивой темноте. В самый первый раз его извержение показалось ей омерзительным, однако со временем отвращение сменилось любопытством. Этот вязкий сок источало внутреннее, сокровенное существо Тодда. Тодда, президента старшеклассников, мать которого гладила даже его нательные майки. Выплески семени так не вязались с ним, что Сьюзен поневоле чувствовала себя тронутой. В них присутствовал оттенок утраты, и ей нравилось утешать после них Тодда. Она вглядывалась в эти лужицы, зная, что уже через секунду они станут полупрозрачными, разжижатся и стекут по его ребрам. Пока же беловатые густые кружочки эти мирно покоились под октябрьским небом.

Сьюзен тронула одну из капелек пальцем, и та, совершенная в ее округлости, дрогнула на животе Тодда, прямо у границы его спутанных лобковых волос. Сьюзен сказала себе, что прикасается к свету звезд и к печали Тодда, к потаенному голоду, открытому только ей. Она подняла увлажненный палец в холодный воздух, вгляделась в его тусклое поблескивание, а затем приложила к языку.

— Что ты? — спросил Тодд.

— Пробую тебя на вкус, — ответила она. Вкус походил на запах — что-то грибное, жидкий крахмал, однако присутствовал в нем и иной оттенок, волглый, человеческий.

Она услышала, как прервалось его дыхание.

— Господи, Суз, — выдавил он.

— Исключительно в научных целях, — пояснила она. — Хочется же знать все.

Но и сама услышала, что голос ее стал как-то тоньше. Она допустила просчет. Люди, по-настоящему любящие, так себя не ведут. Распущенность, нелепость.

— И, ммм, как он тебе? — спросил Тодд.

— Ну, мороженое им не заменишь.

— Наверное, нет, — сказал он.

Оба рассмеялись, испытывая, впрочем, неловкость. Сьюзен стянула кардиган на груди.

— Замерзаю, — сказала она.

— Знаю. Я тоже.

— Наверное, пора двигаться.

— Да. Наверное, пора."

"Они сели, начали одеваться. Тодд достал из заднего кармана брюк носовой платок, вытер им живот — быстро, без всякой сентиментальности, точно ветровое стекло машины протирал.

— Холодновато становится для таких дел, — сказал он. — Думаю, в этом году мы сюда больше не вернемся.

— Нет. Сегодня состоялось прощание с полем для гольфа.

Они огляделись вокруг — так, точно оба вдруг удивились тому, что вообще оказались на нем. Песочные бункеры светились в темной траве.

— Мы здесь когда-то катались на ледышках, — сказал Тодд. — Я тебе не рассказывал? По ночам, когда мне было лет десять-одиннадцать. Дэн, Ронни и я, мы приходили сюда и съезжали с холмов на больших кусках льда.

Сердце Сьюзен забилось чаще. Девочкой она вообще не знала, что такое поле для гольфа.