По-другому (СИ)

«Надеюсь, он еще жив?» – смайл с подозрительно вздернутой кверху бровью.

«Держусь из последних сил», – и вдогонку: – «Ты не ответила».

«Я была молодой и глупой. Не ревнуй»."

"«Любила его?» – разглядываю урода исподтишка. И что особенно смешно – с собою сравниваю. Он моложе намного, и для бабы наверняка привлекательнее.

«Мне надо соврать?»

Киплю! И в самом деле сатанея от ревности, выбиваю ей короткое «Нет».

«Любила, конечно. Но это было очень незрелое чувство. Сейчас я это понимаю».

«Внезапное прозрение?»

«Нет. Просто выпала возможность сравнить», – отвечает Вера после убийственно долгой паузы. И у меня будто гора с плеч падает. Потому как если это не признание в любви, то что же? Вот умеет она вытрясти из мужика душу, прям талант у девочки. И пока я пытаюсь как-то стабилизировать внезапный приступ аритмии, перехватывает инициативу:

«А ты как со своей кукушкой спутался?»

Улыбаюсь. Спутался… Лучше, блин, и не скажешь.

«Она была красивая очень, яркая. А я – дурной».

«Красивая, значит…»

Эм. Что на это ответить? Если я что и понял за время нашей переписки, так это то, что знаки препинания в ней имеют не абы какое значение. Например, точка в конце предложения всегда выдает недовольство или напряжение. А если их целых три?! Она же не ревнует?! Ну, нет. Что за бред вообще? Это же ку-куш-ка. А это – Вера. Вероничка. Девочка моя…

«Ты красивей».

Молчит!

«Вер! Красивей, правда».

«С тобой вообще никто не сравнится. Ты моя лисичка сисястенькая».

Отвечает батареей ржущих смайлов. Которые я сам только пытаюсь освоить. Это, наверное, лучше, чем игнор, так? Расслабленно откинувшись в кресле, читаю:

«Ну, с сисястенькой хотя бы все ясно. А лисичка почему?»

«У тебя глаза лисьи. Красивые. Не умею я делать комплименты», – признаю очевидное.

«Мне нравится».

«Да? Тогда еще лови – я дурею от твоих сисек».

«Меринов, ты повторяешься! Сиськи-сиськи… А кроме?»

Я понял, что скот, который был ее мужем, не баловал Веру похвалой. Впрочем, я и сам в этом отношении косноязычен, двух слов порой не свяжу! Считаю так: о чувствах мужика должны говорить поступки. Хочется верить, что тут я справляюсь гораздо лучше. Потому что действительно очень стараюсь быть к Вере внимательным. Хочу, чтобы она перестала с таким отчаянием цепляться за свою самостоятельность. И, наконец, вкурила, что мужик нужен для того, чтоб решать проблемы, а не чтобы его на себе волочь, как она привыкла. Что-то у меня получается почти без усилий, что-то идет сложнее. От подработок на стороне мне удалось ее отговорить, а вот от увеличения собственного довольствия за мой счет Вера категорически отказалась. Мы даже повздорили.

– Что плохого в том, что я хочу, чтобы моя женщина носила качественную, блядь, одежду?

– Я ношу то, что могу позволить себе купить.