По воле короля (СИ)

Лисса даже попыталась подумать, что по сути она сама заняла чужое место, вклинилась в отношения, пусть не совсем правильные, но кто она, чтобы осуждать за любовь, тем более, что сама толком не знает, что это такое. Но сердце упрямо стучало о другом, и в горле застрял комок из непролитых слёз. Эгоистично хотелось счастья для себя. Пусть по воле короля, но она супруга герцогу Гренстону, а значит, другого мужчины в её жизни больше не будет.

Стряхнув с себя оцепенение, Лиссандра оторвалась от окна и направилась вглубь спальни. Света хватало, чтобы видеть предметы и не натыкаться на углы.

Лисса почти дошла до кровати, как резко остановилась, выхватывая боковым зрением тонкую полоску света под дверью, разделяющей спальни супругов.

Девушка, словно мотылёк, полетела на этот свет и замерла перед дверным полотном, прижимаясь лбом и ладонями к прохладной поверхности. С той стороны не доносилось ни звука. Герцогиня забыла, как дышать, вслушиваясь в тишину соседней спальни.

«Сам ли там… Эрик, — всё ещё запинаясь на имени, подумала Лиссандра, — или.

..»

В какой-то момент ручка двери слегка дёрнулась, испугав герцогиню до бешено забившегося сердечка. Она отпрыгнула и уставилась на ручку. Показалось? Больше ничего не происходило. Хотя нет — свет потух.

Лиссандра быстро отбежала от двери к большой кровати и юркнула под отогнутый край одеяла. Зажмурилась и притихла. Усталость взяла своё, и герцогиня заснула на новом месте.

***

Эрик потушил магических огненных светлячков, которые вились хороводом по комнате, освещая её. Сбросил последнюю деталь гардероба и улёгся на кровать.

Устал. Но сон не шёл. Болела голова, тяжёлым обручем сдавливая виски.

Гадкое чувство неправильности грызло изнутри. Он запутался. И снова стал прокручивать в мыслях последние три года, стараясь вспомнить детали, понять, почему так завяз в отношениях с баронессой. Ведь знал, что встать на красную дорожку вместе с ней не сможет, но продолжал удерживать её подле себя, потому что только в ней был смысл. Хотелось вывернуться наизнанку рядом с нежной, кроткой, любимой женщиной.

Несмотря на все резкие высказывания брата в адрес Клотильды, она продолжала оставаться единственной до последнего момента.

А что изменилось сейчас? Почему оттолкнул, несмотря на бередящий душу взгляд, на дразнящие прикосновения, такие знакомые? Да раньше бы не устоял, сжал бы в крепких объятиях прямо там, в коридоре! И целовал бы так, что Клотильда поплыла бы в умелых руках! А потом подхватил бы на руки и утащил бы в спальню, как легендарный дракон своё сокровище.