По воле короля (СИ)

Лисса с силой сжала тканевую салфетку — новшество при их дворе. Раньше во время трапезы руки просто вытирали о скатерти.

— Мне не терпится завершить весь этот фарс. Поставить точку.

«И оказаться там, где я не увижу вас в ближайшие лет десять» — добавила она мысленно, напоминая себе о выдержке.

— Единый говорит, что супруга должна во всём слушаться мужа, — с нажимом произнёс король. Его глаза снова недобро поблескивали. Улыбка уже сошла с лица. — Вы всего лишь его тень."

"— Мужа — да, — Лиссандра открыто посмотрела в стальные глаза супруга, — но и он имеет свои обязательства. Он — именно та скала, крепкая и нерушимая, оберегающая от зла, которая закроет от всего дурного и создаст лучшие условия для тени.

Эрик улыбался, слегка приподняв бровь, и посматривал то на Лиссандру, то на Харольда. Их пикировка его забавляла, но было в этом и нечто другое. Он ещё не понял, но чувствовал, как брат злится на безобидные, в общем-то, прописные истины, о которых тут рассказывала девчонка.

— Эрик, у твоей жены слишком свободен язык. Не время ли занять чем-то более существенным? — король поднял свой бокал с вином, тостуя. — За молодых!

Гости за столами, предоставленные сами себе, оживились и с мест стали выкрикивать пожелания для молодожёнов.

Эрик стремительно поднялся так, что стул со скрипом проехал по мраморному полу, и протянул Лиссандре руку, помогая встать. Девушка тут же смутилась. Она не боялась высказывать свои мысли хоть перед королём, хоть перед толпой, но публично целоваться с незнакомцем была не готова. И даром, что он её законный супруг.

Герцог Гренстон одной рукой уверенно и крепко привлек её за талию к себе, вжимая напряжённое молодое тело в твердый торс. Лисса неловко дёрнулась из захвата, но не сдвинулась ни на полшага.

Вторую руку Эрик положил ей на затылок, фиксируя. И наклонился, властно целуя нежные уста. Если в Храме он был предельно нежен, то сейчас был несдержанно груб. Зачем-то болезненно прикусил, словно в наказание, и ворвался в рот, проникая языком. Лиссандра задыхалась, а поцелуй всё не заканчивался. Гости восторженно улюлюкали, а герцог продолжал её жадно целовать, прижимая крепко и все больше наклоняя в талии, пока не оторвался с пошлым звуком.

У Лиссы горело всё: и лицо, и лёгкие; губы болезненно дёргало. А ноги стали ватными, и в голове возник туман. От слабости её качнуло. Девушка рассеянно  посмотрела на абсолютно довольного своей выходкой супруга, который кричал в зал ответы на подколки рыцарей из его армии. Во время этого разгульного поцелуя их тела соприкасались так тесно, что герцогиня вполне ощущала, как у супруга полно в штанах. И от этого испугалась ещё больше. Поцелуй — это цветочки, ягодки впереди.