Без выбора. Влад

Нет, физически-то я тебя совсем не против и сейчас прогнуть, — он усмехнулся и в его глазах замелькали незнакомые, но такие невероятные искры, отчего и без того растревоженное сердце зашлось в подкатывающей истерике. — Скажу больше. Я отчасти шовинист. Я не выступаю за равенство в отношениях. Что ты глазки свои распахиваешь? Я честен. Открыт. Я не за равенство, я за уважение.

Маша, отчасти ошарашенная его очередным откровением, не выпуская бокал с соком из рук, тоже откинулась на мягкую спинку.

Привыкла ли она к таким разговорам? Нет. И ещё раз нет.

Вот в чем отличие взрослого мужчины от молодого.

— И… — она начала говорить, споткнулась, быстро взяла себя в руки и продолжила: — И раз ты начал говорить откровенно, что ты подразумеваешь под уважением?

— Заботу. Внимание. Защиту. Продуктивный диалог. Умение уступать. Принимать точку зрения партнера, если она обоснована фактами, а не «хотелками». Хотя против женских «хотелок», касающихся ваших прихотей, я ничего против не имею. Маша, я пока недостаточно хорошо тебя знаю. Мне хочется сделать тебе приятное. Что-то подарить? Хочешь ещё одно откровение?

— Хочу.

— У другой бы я даже не стал спрашивать. Отдал бы распоряжение личному секретарю. Та бы выбрала украшение, оформила кредитку, абонемент в спа-салон. Ты — другая. И с тобой я хочу по-другому.

У Маши закружилась голова.

Она и предположить не могла, что, казалось, обычные слова окажут на неё такое сильное впечатление. Ранее никогда Маша за собой не замечала ничего подобного. Сколько разных предложений и хвалебных комплиментов она слышала! Она привыкла реагировать игнором. Знала, что всё пустое. Что ничего значимого они за собой не влекут.

Багровский — другой. Если отмотать назад время и вспомнить их общение. Иногда короткое, иногда длительное. Никогда — равнодушное.

Могла ли Маша упрекнуть его в халатности? В пренебрежении? В том, что он говорил ради красного словца и тотчас забывал?

Нет.

Ни разу.

Холодок прошелся по затылку.

Маша, чтобы скрыть растерянность, снова сделала глоток.

Что с ней происходит?

Она попадает под темное очарование Багровского?

Иногда, после особо «урожайного» дня, когда мужчины, не сговариваясь, активизировали вокруг неё суету, Маша спрашивала себя — а какого партнера она хотела бы видеть рядом с собой? Кому принадлежала бы душой и телом.

Молодой весельчак по имени Сережа у неё был. Хватило пары инцидентов, чтобы разочарование утопило всё хорошее, что можно ещё было наскрести в памяти. Да и было ли…Вот в чем вопрос. Потом Маша признавалась себе, что ребята-балагуры ей особо и не приходились по душе. Она — не тусовщица. У неё мама…"

"Она представляла себя рядом с серьезным мужчиной. Молодым и, возможно, в очках. Которому не до глупостей.