Почти родные

Еще раз шлепает по ягодице, кусает в шею, и этот укус становится точкой невозврата – я разлетаюсь на множество ярких вспышек, что-то бессвязно бормочу, несколько долгих секунд не в силах вернуться в реальность. Даже пропускаю момент, когда кончает Ковалёв.

Отдышавшись, он разворачивает меня к себе лицом, гладит по щеке и, прижав к груди, целует в волосы. Сейчас нет и намека на то, что Андрей хочет повторения. Пульсация внутри почти стихла, но точно знаю: стоит Ковалёву начать ласкать меня – и вновь буду готова отозваться на его прикосновения.

– Ты такая красивая, Яна, – тихо произносит Андрей.

Я тычусь носом в его грудь, вдыхаю одуряющий запах нашего наслаждения и чувствую пощипывание в носу. Много раз слышала эти слова в свой адрес, но только сейчас испытываю ни с чем не сравнимый восторг. И желание делать Андрею приятное. А не так, как было в наших отношениях раньше.

– Я привык контролировать свою жизнь, и происходящее в ней сейчас мне одновременно нравится и нет, – продолжает он. – Принципы – это хорошо, но впервые я бессилен перед своим навязчивым желанием. И уже много раз пожалел, что согласился пожить в вашем доме."

"Повисает пауза, пока до меня доходит смысл услышанного. Ковалёв мне так в симпатии признается? Обвиваю его шею руками и целую Андрея в подбородок.

– Хочешь сказать, что привез меня сюда…

– Можешь обставить эту квартиру по своему усмотрению, – обрывает он на полуслове и добавляет без капли замешательства: – Сегодня дам тебе дубликат ключей.

29 глава

Отличие между мной и Андреем в том, что я всегда делаю какие-то важные шаги в своей жизни, поддавшись эмоциям и сиюминутному импульсу, а Ковалёв всегда и ко всему подходит основательно. Поэтому его ответки были такими обидными и ранили особенно сильно.

Даже сейчас, пока я полностью отдаюсь своим чувствам, Андрей успел подумать о том времени, когда вернутся родители. Ведь очевидно, что никто из нас не захочет афишировать эту связь, впрочем, как и заканчивать ее. И так прекрасно, что только мы знаем секрет и можем наслаждаться происходящим безумием!

– Ничего не придумывать на твой счет, говоришь? – улыбаюсь я. – Ты сам даешь повод. И очень весомый.

– Представляю «восторг» твоих родителей. – Андрей обводит взглядом пространство между нами. – Особенно отца.

Отрезвляет.

– Предпочитаю об этом не думать.

– Зря.

Вот и вся разница. Ковалёв представил, чем может обернуться наша связь, я – нет. И не хочу. На носу чемпионат, после которого ждет разлука, а я не люблю думать о плохом.

Андрей выпускает меня из рук, оправляется. Мой внешний вид тоже приводит в порядок: натягивает обратно трусы и джинсы, застегивает, глядя в лицо.