Подстава. Книга вторая

Просто была собой очень довольна.

– От счастья – сияешь, – заметил Эрих.

– О, ты себе даже не представляешь кто такой Удав. Я все два года, что в разведке работала, даже в общий коридор не выходила, если Удав появлялся. Да никто не выходил. Стремный он чел, скажу я тебе.

– Вторая личность у него стремная, и третья формирующаяся. А самого Удава просчитать пока можно, что и сделал Ирдэран Нельсвер, – просветил меня Дагрэй.

– Пока? – не поняла я.

– Пока что, – кивнул Эрих.

Я поежилась невольно.

«Пока, ребят», – написала своим.

И вышла из системы.

После молча протянула сейр Эриху.

В этот момент в наш пустой зал, всего с одной моей капсулой, вошла медсестра, вкатывая перед собой стационарный сейр и ящик с препаратами, и деловито направилась в мою сторону, делая вид что очень, ну очень сосредоточена и вообще идет выполнять указ доктора.

И у меня сработало чутье. Сходу сработало.

А Эриху хватило взгляда на меня, чтобы осознать насколько дело нечисто.

Дальнейшее повергло в шок – вскинутая рука архонта, захрипевшая схватившаяся за шею медсестра, вой сирены, падение ящика с уколами, вбежавшая охрана…

И где-то на этом моменте я вырубилась.

***

Очередное пробуждение произошло уже на корабле. Я лежала на полусидящем Эрихе, который одной рукой обнимал меня за талию, удерживая на себе, второй держал сейр, примитивный настолько, что становилось ясно – гаджет повышенной безопасности.

– Сын, – устало произнесла какая-то неведомая мне женщина, – я чувствовала опустошение и слабость после каждого… контакта. Это нормально.

– Не нахожу ничего нормального в том, что твои кости были хрупкими как стекло в момент, когда я забрал тебя, мать.

– Что ж, – помолчав, произнесла женщина, – значит, ей повезло больше, чем мне и о ней заботятся.

Я посмотрела на Эриха. У Эриха такое лицо стало, едва он понял, что я проснулась, что стало ясно – спалила на горячем. Но умел Дагрэй добавить апофеоза ситуации.

– Мелани, это моя мать, – произнес он, разворачивая сейр ко мне.

А на мне кроме легкой простыночки и кучи трубок от капельницы ничего больше не было! Так что представление вышло то еще.

– Мать, – ровным голосом, словно все идет прямо таки наилучшим образом продолжил Эрих, – это моя любимая женщина и жена – Мелани Дагрэй.

Ну, если Эрих ждал поздравлений, то зря.

– Идиот! – холодно и высокомерно произнесла женщина, после чего вырубила связь.

– Твою мать! – выругалась я.

– Да, мать у меня та еще, – нехотя признал Эрих.

И раздраженно отшвырнул сейр. Тот свалился где-то в глубине каюты и, судя по звуку, разбился. Эрих молча обнял меня уже обеими руками.

Несмотря на попытку казаться отстраненным и спокойным, я чувствовала – ему хреново.