Подставная фигура

Отсутствие порядка во вверенной организации – это серьезный упрек, и с другой стороны салона вполне мог появиться ствол с глушилкой – для оргвыводов.

– Ничего у нас нет, все под контролем, – поспешно ответил Директор и машинально глянул на дверь пассажира: закрыта ли на защелку. Как будто это имело значение... Лобан по пьяни в драку воткнулся, его и уделали. А с Мазом... Он этому сморчку, чмошнику задроченному, три тонны не отдал, а тот ждать не стал... По понятиям, вроде все правильно. Хотя тот сам беспредельщик: собрал отморозков и окучивает ларечников возле метро, а бабки не сдает. Вот с ним проблема. Низовые пацаны к нему потянулись... Он уже на меня болт кладет с прибором!

– Это который чистодел? Без всяких следов?

– Ну, – с обидой кивнул Директор. – Маз его нашел, я его поднял, а он, гнида, безо всякой благодарности... Смольский добродушно улыбнулся.

– Почему же? Маза ведь отблагодарил? Может, и тебя отблагодарит!

Директор дернулся.

– Я его скорей в канализацию спущу! Но особой уверенности в голосе не было. Скорей наоборот: угроза скрывала беспокойство, а может, и страх.

– Должен быть порядок! – Смольский поднял палец. – Ты для того и поставлен! Раз он ценный специалист – прояви гибкость, отдай ему эти ларьки!

– А потом машину, бабу, кабинет...

– Хватит сопли пускать! – перебил Смольский и снова осмотрелся по сторонам. – Сейчас он нам нужен. Есть серьезное дело. Очень серьезное. Справится – мы его к себе заберем. Не справится – ему конец. А тебе хоть так, хоть этак – успокоение. Где он сейчас?

– Хер его знает... Небось в «Миранде» тусуется со своими задротами.

– Поехали, познакомишь."

"Смольский обошел машину и сел на переднее сиденье. Директор понял, что разговор о порядке был всего-навсего затравкой. Он включил движок и медленно набрал скорость. Следом тронулись «шестисотый» «мерсак» Смольского и зловеще-черный «Рэйндж-Ровер» с охраной.

Раньше Директор заходил в «Миранду» как к себе домой: бросив недопитое пиво, стремглав пырскала из-под ног на улицу всякая мелочь пузатая, мелочь покрупнее почтительнейше кланялась и изображала готовность к услугам, бармен выбегал из-за стойки с угодливой улыбкой на напряженном лице...

Сейчас на ступенях стояли два голодных отморозка с волчьими харями, они нагло осмотрели хозяина с ног до головы, как бы решая – стоит ли его пускать в приличное место. Но, на свое счастье, пасти не раскрыли – иначе, чтобы окончательно не упасть в глазах Смольского, пришлось бы валить обоих.

Внутри, как всегда, накурено, отчетливо пахнет анашой, за стойкой пламенеют несколько знакомых рож. При виде Директора рожи удивленно вытянулись, кто-то произнес с пьяной развязностью:

– А-а! Зр-рась...

И все. Даже халдей не вылез из-за стойки.