Подставная фигура

Надо было обрезать кончики пальцев... Но тогда Маша точно свалилась бы в обморок. А не выходить из дома тоже нельзя – сколько можно сидеть взаперти?

Активизация. Безрезультатно. Скоро сядет батарейка, придется менять. Хорошо, что он купил три – про запас.

– Ладно, идем домой, – сказал он, отставляя в сторону пустую чашку. – На воздух. Это подземелье действует мне на нервы.

Маша допила кофе, осторожно промакнула салфеткой губы. Она хотела купить духи и кое-что из белья, но ничего не подобрала, и у нее испортилось настроение.

Савик стоял, прислонившись к перилам, на другом берегу толпы. В направленном движении человеческих частиц иногда возникали просветы, зазоры – тогда Савик видел спину его подруги и его самого. В дурацкой спортивной шапке, в перчатках. Воротник куртки поднят. Заболел он, что ли? Но сквозь одежду ничего не получится, вот он и таскается за ними уже два часа...

Чего это объект так шарит глазами? Чувствует опасность, что ли? Ага, дернулся... Что он там увидел?"

"Савик проследил за его взглядом – и тоже невольно вздрогнул. По направлению к эскалатору двигался парень одного примерно с ним возраста. Очень бледное, замкнутое лицо, лоб в морщинках. И даже курточка на нем черная, вьетнамская, с торчащим из швов синтетическим пухом, – точно такую Савик носил три месяца назад. Бутылка дешевого пива в руке. На «Туборг» или «Баварию» денег, конечно, не хватило. И бабы, конечно, не дают. И весь мир – дерьмо... Савик проводил парня взглядом до самого эскалатора. Тот встал на ступеньку, ухватился за движущийся поручень и уставился на длинные ноги девчонки, стоящей впереди.

Савик усмехнулся. Подумать только, еще совсем недавно он сам был такой же перхотью... А сейчас он стал совершенно другим человеком. Могущественным, богатым. И неузнаваемым! Он пару раз подходил к «Миранде», заходил внутрь, пил пиво, толкался среди знакомых и оставался неузнанным! Он чувствовал себя человеком-невидимкой...

Тем временем Карданов с подругой допили свой кофе и двинулись к выходу. Новым, но уже ставшим привычным жестом Савик поправил очки, распахнул куртку и направился следом. Слева, в нагрудном кармане, он чувствовал приятную тяжесть дорогой авторучки.

...Проехали. Наверху, где лента транспортера убегала под металлическую «расческу», чтобы отправиться в обратный путь, толпа разрежалась, растекаясь в стороны. Впереди потянулись книжные и журнальные лотки. От постоянного нервного напряжения ныли спина и затылок.

Маша рядом говорила что-то, но Макс не слушал.

– Ты почему все время оглядываешься? – спросила наконец она. – Увидел кого-то?

– Да нет, показалось...

Взгляд перебегал от лица к лицу, ощупывал, сравнивал, примерял. Они были спереди и сзади, везде. А кроме лиц, были еще спины. И затылки.