Поиграем? (СИ)

— Ага, — киваю и еле вывожу в листе назначения буквы, параллельно пытаясь побороть внезапную сонливость. Правда, она резко проходит, когда я ощущаю то, как Зорин заправляет мне выбившую прядь волос за ухо.

Пауза. Затяжная. Смотрим неотрывно друг на друга. Понимаю, что он медленно переводит взгляд на мои губы. Странное состояние. Пошевелиться не получается, даже руки не двигаются. А губы начинают в прямом смысле гореть только от одного взгляда. Я, может быть, временами идиотка, но точно не сейчас. Намерения его ясны, как дважды два четыре. Он наклоняется ко мне, но я вовремя успеваю увернуться. Вместо предполагаемого поцелуя, он только слегка коснулся губами уголка моего рта. Резко встаю с места, напрочь забыв о недавней сонливости.

— Жень, услуга за услугу, — кидает мне ключи, как только я отхожу от стола.

— Вы о чем?

— Я катетер поставил за тебя. Теперь ты мне помоги.

— Что вам нужно?

— Я сегодня раньше двенадцати не закончу. В лучшем случае в час ночи буду дома. У меня ребенок один дома. Будь добра, накорми его. Еда стоит на плите. Ну и побудь там до часиков десяти. Он потом ляжет спать, и ты можешь уйти.

— Эм… а сколько вашему ребенку лет?

— Почти шесть.

— Вы оставляете ребенка одного в шесть лет?! — офигеть!

— Время такое. Да и он достаточно самостоятельный мальчик. Он тебя не испугается, так что не переживай. Но вот еду и плиту я ему не доверяю. Ну что, поможешь? — стою как дура, не зная, что сказать.

— А как потом вы попадете в квартиру, если ключи у меня? — наконец выдавливаю из себя я.

— Просто захлопнешь дверь. У меня есть вторые.

— Давайте адрес. А как зовут мальчика?

— Гриша.

Глава 9

Ребенок. У него, блин, есть сын. Сын! Эта новость совершенно не вяжется с таким как Зорин. Хотя, Тамара Николаевна говорила, что он был женат. Да и возраст подходящий. Ну и смазливая морда тоже имеется, почему бы и не продолжить род. Добивает тот факт, что он оставляет шестилетнего мальчика одного. Козел, одним словом. Мало ли что может случиться с ребенком. А бывшая где? Как можно оставить ребенка с человеком, который проводит на работе столько времени? Ненавижу! Просто на дух не переношу безответственных родителей. Уроды.

Быстро снимаю с себя медицинский костюм и тянусь за брюками.

— Да что б вас! — срываюсь на штаны, которые, несмотря на день голода, упорно не хотят на мне сходиться. Максимально втягиваю в себя живот и все-таки застегиваю пуговицу. Жесть. Ляжки тоже не рады сим оковам. Хоть бы не треснули штаны по дороге.

Вот что бывает, когда надеваешь неподходящие по размеру старинные брюки. Тянусь к водолазке и замираю, когда вижу в дверях Зорина. Как давно он здесь стоит? Быстро прихожу в себя и тут же натягиваю на себя кофту.

— Вас стучать не научили? — зло бросаю я, надевая кроссовки.