Покоривший СТЕНУ 10: Черная дорога

— Значит, по-твоему, её убил плохой мод? Как жителей района кунсткамеры?

— А почему нет? Она отличалась от них только милым личиком и большой силой. Но это всё ещё кривой билд с побочкой на безумие. Чёрная была неадекватна. Если бы я мог пропустить её через эволюцию и сделать дендроморфом, она бы могла прийти в себя. Вот чего мне действительно жаль.

— Этого мы уже не узнаем, — вздохнула Серая. — Что ж, надеюсь, Белая понимает, что делает. И это не отменяет того факта, что ты всё равно уходишь.

— Это не так. Теперь у нас есть лифт вниз. Так что прохождение будет ускоренным. К тому же, очень скоро у меня будет своя собственная фракция. Правда, состоять она будет из из воскресших фрагментов высшей нежити и возможно других монстров.

— Я больше не контролирую это безумие. Делай, что хочешь. Я никогда не хотела принимать решения. Я просто живая библиотека, лишённая чувств.

— Знаешь, — я чуть улыбнулся. Но на этот раз не с ехидством, а с теплотой. — Ты не такая уж и бесчувственная. Что только что было, если не проявление чувств?

— Ты думаешь? — Серая впервые за наш разговор обернулась и посмотрела на меня такими же серыми, как её имя, глазами.

Я обернулся к Сайне. Та горячо закивала, а Альма, расчувствовавшись, бросилась на шею хранителю Обсерватории.

— Вижу, — сказал я.

— Вот как… — холодно сказала она, затем удивлённо перевела взгляд на энхе. Та улыбнулась в ответ.

— Ты живёшь будущим, Арктур. А у меня есть только прошлое. Это очень отличает нас.

— Ты помнишь что-то о прежней себе?

— Вспышки. Картинки, когда я иногда закрываю глаза. Мир летающих островов. Какой-то рогатый демон. Темноволосый парень по имени Тео. Замок в заснеженных горах. У моей семьи был замок. Когда я вижу эти облака, они напоминают мне о родном мире.

— Значит, ты не с Земли?

— Все мы изначально люди, — так говорил Принц. Вернее, Белая так говорила словами Принца. Но у меня не так много воспоминаний. Помню ещё две жизни уже здесь, на Стене, хотя их было намного больше. Змей в записях говорил, что запоминаются самые сильные эмоции. Я даже не могу знать, был ли тот остров с заснеженными горами в реальном мире, или это какая-то аномалия тридцатого этажа?

— Вспоминай почаще и ты не потеряешь себя. А было это на Стене или за её пределами — не так важно. Как минимум, добрые воспоминания от мёртвой магии помогают. А там преображение в дендроморфа может, и проблемы с осознанностью и памятью лечат, кто знает? Эмоции регулируются во многом гормонами, работу которых вполне можно регулировать с технологиями Стены.

— Молчи, корректор Арктур. Слишком рано. Ты слишком рано говоришь об этом. И… говоря о памяти, — она на миг замерла, пытаясь сделать глоток, но чашка была уже пустой. — Я бы хотела, чтобы ты вернул мою книгу. Если это ещё возможно, конечно.