Полный трындец, или Феникса вызывали?

И чем ближе она подходила, тем больше я чувствовала дискомфорт в районе затылка. Кто-то сверлил меня пристальным взглядом. И этот кто-то был очень зол.

Взгляд стал очень назойливым. Я не выдержала и обернулась.

Прямо за мной сидела пара парней брутальной наружности. Один из них смотрел на меня так, будто мысленно уже забивал гвозди в крышку моего гроба.

А это еще кто такой? Ревнивый ухажер?

Сирена приближалась, соблазнительно покачивая бедрами. Без своей хозяйки и Ариана она стала куда раскованнее! А я присохла мягким местом к стулу, не в силах укрыться от надвигающегося шторма.

Тим откровенно глумился надо мной, тихо посмеиваясь, но при этом сохранял постную мину.

— Привет. — Сирена без приглашения села на свободное место и стеснительно кашлянула в кулачок. — Меня зовут Марисса, я со второго курса. Мы уже однажды встречались, — улыбнулась она.

А сама глазищами так и стреляет, так и притягивает, как лодку на буксире, в которой не повезло оказаться незадачливому рыбаку. Совсем не скромница. В глазах бушующая стихия пляшет. Истинная дочь моря.

Только тут нежданчик: парень, то бишь я, на деле девица, как и сама сирена! Ей со мной ничего не светит.

Я молча скрестила руки на груди. Мое нежелание говорить было очевидным, но Марисса не собиралась сдаваться. В ожидании ответа она покусывала пухлые губы. Потом поняла, что я не собираюсь ей помогать, и сделала еще одну попытку для сближения.

— Ты не хочешь со мной разговаривать из-за того, что случилось днем? Понимаю… На самом деле Ариан не так плох, как хочет казаться. Он самый благородный, умный и воспитанный дракон в академии.

В общем, из самых-самых, мы это уже все поняли. Угу.

— Ну, так и шла бы к нему, — вмешался Тим, давясь от смеха.

Марисса стрельнула в него глазами и вновь уставилась на меня. Облизнула губы. Произнесла с придыханием:

— Давай сделаем вид, что прошлой встречи не было. Привет, меня зовут Марисса. А тебя?

Хармс продолжал есть, не поднимая глаз, только Ык, замерев, зачарованно слушает голос сирены, но ей он абсолютно безразличен. Ее горящий взгляд направлен на меня.

Я все так же молчу с каменным выражением на лице.

Наконец в глазах сирены вспыхивают предупреждающие огни маяка, еще чуть-чуть — и лодка разобьется об острые подводные рифы.

Она наклоняется ближе, еще ближе. Почти ложится грудью на стол.

У Ыка со стуком падает челюсть.

Что сказать, достоинства у Мариссы что надо. Мне даже тоскливо стало на миг. Вспомнила, что придется грудь перевязать.

Сирена демонстрирует свою самую пленительную улыбку:

— Такая тихая погода, почему бы нам немного не погулять после ужина?

Очарование момента нарушает Ык громкой отрыжкой.

Мариссу тут же сдувает с лавки.