Порочная месть

Возможно, они с радостью будут привлекать внимание окружающих, расхаживая в этом подобие платья, и, возможно, будут получать удовольствие от того, что каждый похотливый мудак будет разглядывать их декольте! Найди себе такую дуру, а меня отпусти домой!

Челюсть Кейна сжимается так сильно, что мое воображении доигрывает скрежет зубов и темное жерло преисподней в его расширившихся зрачках.

— Возможно, так я и сделаю. — цедит с немой угрозой в голосе, и неспешно начинает надвигаться на меня, на ходу снимая пиджак.

С каждым сокращающимся футом смог опасности, исходящий от него, усиливается, и я, крепко сжав клатч в руке, начинаю пятиться назад. Мы как танцоры в зацикленной версии танго: Кейн шагает вперед, а я, повинуясь ему, отступаю.

Я почти соприкасаюсь со стеной, когда тяжелая ладонь обхватывает мою ягодицу и сжимает так сильно, что я вскрикиваю. Изо всех сил упираюсь в руку, задирающую подол моего платья, но с тем же успехом я бы могла укрываться от цунами с помощью пляжного зонта. Чувствую, как настойчивые пальцы грубо отодвигают узкую полоску кружева, слышу звук открывающейся молнии; ощущаю, как спина соприкасается в прохладной поверхностью стены, и две руки с легкостью поднимают меня вверх. Ударяюсь затылком о стену и громко вскрикиваю, когда член Кейна без подготовки продирается внутрь меня, болезненно расширяя стенки лона. Давление на моих бедрах усиливается, и его ладони начинают подбрасывать меня вверх словно резиновую куклу, от чего комната оглашается звуками шлепков сталкивающейся плоти и моих несдержанных стонов.

— Держись за мои плечи, если не хочешь содрать спину. — твердо командует Кейн, и я обхватываю его шею прикрытую белым воротом рубашки.

От суровых толчков бретельки моего провокационного наряда спадают с плеч, обнажая соски, и теперь они мучительно трутся о ткань его рубашки, подогревая разгорающееся пламя внизу живота.

— Тебе нравится. — хриплый голос Кейна проникает в уши, заставляя закрыть глаза, словно это поможет мне избежать правды. — Нравится, когда я трахаю тебя так.

— Мне не нравится. — сиплю, прикусывая зубами ткань его рубашки. — Ты мне отвратителен.

Вместо ответа Кейн поднимает меня высоко вверх, полностью выходя из меня, и опускает вниз до упора, выдирая из легких новую порцию криков.

— Лгунья. — его зубы смыкаются на моем соске, оттягивая его. Живот обдает новой вспышкой огня из боли и наслаждения, и сильнее вдавливаю пальцы во влажную шею, безуспешно пытаясь побороть реакцию тела на суровые движения члена и грубую стимуляцию груди."

"Узел внизу живота знакомо натягивается, и когда я с тихим всхлипыванием жмурюсь, готовясь принять неизбежное, Кейн открывает меня от стены и несет к кушетке.