Последний Паладин. Том 11

"

"Какие-то срывались с мест и пытались нас преследовать, какие-то игнорировали, какие-то наоборот убегали. Завеса красной зоны приоткрывалась мне с каждой минутой нахождения тут и уже сейчас стало понятно, что это экосистема. Некая гармоничная экосистема, где поведение тварей уже несколько отличается, от того, что я знаю.

Взять ту же дележку на «территории», за которую твари так отчаянно грызлись с друг другом. И дело было не в том, что они не голодны. А в том, что красная зона содержала в себе столько стихийной энергии, что ей удавалось этот голод тварей удовлетворять. Через питание стихией. Через питание друг другом. Через питание красной зоной. Поэтому они и сидели в ее пределах, отжирались, и лишь периодически устраивали миграции в поисках мест «питательнее».

Вот почему на стены не совершались ежедневные набеги. Вот почему стены людей не снесли огромной армией миллионы тварей в первые же годы прорывов тысяч Порталов.

Однако, чем дольше происходит осквернение земли, тем сложнее будет ее отбить от тварей и очистить от иномирной энергии. Если это вообще возможно, ведь осквернены земли красной зоны были так глубоко, что сама структура пространства претерпела изменения.

Впрочем, сегодня у нас немного иная цель. Да и завтракали мы давно, а думать о спасении мира на голодный желудок я решительно отказываюсь.

И едва я потянулся к рюкзаку Альберта в поисках чего-нибудь вкусненького, как мое внимание привлекло кое-что любопытное.

— Ой, — не сдержался я, понимая, что одновременно с этим наш практически неуязвимый бестелесный маяк Лучик был уничтожен.

— Это не совсем то, что хочется услышать от командира в такой ситуации, — слегка нервно сглотнул ком в горле Альберт.

— Да это безобидное «ой», — широко улыбнулся я и откинув запечатанный кусок вяленного мяса в сторону, произнес, — набирай скорость.

Увидев, что несмотря на урчание в животе, я отбросил еду, Макс слегка побледнел и покрепче ухватился за поручень.

— Но мы уже на максимальной скорости! — нервно подметил Дом.

— Включай форсаж, — дал я команду.

— Форсаж? Но ведь он одноразовый! И тестировал я его слишком мало… — почуял неладное Лысый.

— Форсаж через три… две… одну… — игнорируя пререкания водилы, начал я отчет, за время которого покрепче ухватились за поручни и напитали защиту на максимум уже все в машине.

А я сделал себе пометку подучить Дома выполнять команды командира без лишних вопросов. От такого разгильдяйства и помереть можно. Особенно в красной зоне.

Совсем Колль их разбаловал там в тепличных условиях столицы.

Я уже приготовился врубить принудительный форсаж своими методами, но Лысый в последний момент уловил серьезность моего настроя и, недовольно матерясь себе под нос, таки врубил форсаж.

Моторы заревели.