Позывной «Оборотень»

Топоры, вилы, косы, древние охотничьи ружья, помнившие ещё монголо-татарское нашествие, всё это было пущено в ход. Не ожидавший такого отчаянного сопротивления противник вынужден был применить против мирного населения боевое оружие."

"Но это уже ничего не могло изменить. Разом поднявшееся ополчение сумело задержать противника недалеко от границ, дав возможность регулярным частям организовать оборону. Потери, конечно, были большими, но кто в военное время считает погибших. Один погибший – это трагедия, а миллионы – это статистика. Не ожидавшие такого ожесточённого сопротивления оккупанты пытались пустить в ход посулы, подкуп и даже угрозы, но всё было бесполезно.

Толпы беженцев уходили от границ, но не меньше народу оставалось, продолжая сопротивляться. Эти неорганизованные отряды наносили оккупантам больше урона, чем регулярная армия. Никому не подчиняясь, они нападали на патрули и пытавшихся обжить захваченные земли переселенцев. Только после этого оккупационные власти приняли решение об организации постоянной охраны поселений.

Ни расстрелы пойманных с оружием в руках, ни фильтрационные лагеря, ни предложения о сотрудничестве и солидные деньги за сотрудничество не могли заставить этих партизан отступить. Даже приказы российских властей, начавших переговоры с агрессорами, не помогали. Им было всё равно, когда и о чём договорятся власть предержащие. Они знали только одно: их согнали с родных мест, а значит, они должны сделать всё, чтобы вернуть себе свою землю. Ту, на которой они прожили всю сознательную жизнь.

И пусть там остались только развалины. Пусть покосившиеся избы с прогнувшимися крышами давно уже сгорели. Это была их земля. Место, где они прожили всю свою жизнь, и уходить с которой они не собирались. Даже Южно-Курильские острова, которые отошли России после Второй мировой войны, не стали для японцев местом спокойного проживания. То и дело из отвесных скал раздавались выстрелы и летели гранаты, уничтожая людей и технику.

Кто, как и каким образом обеспечивал партизан оружием, едой и боеприпасами, не понимал никто, но война продолжалась. Как продолжалась она и здесь, на китайской границе, где каждые три месяца войска пытались проводить зачистку всех окрестных развалин. Вот и сейчас, пройдя по ним, солдаты отправились дальше, оставив за спиной одного из самых опасных своих противников.

Очнувшись от собственных мыслей, Никита коротко подсветил часы на запястье и, бесшумно поднявшись, шагнул к дверям. С момента взрыва гранаты прошло почти полтора часа. Слух у парня уже восстановился, но в горле всё ещё продолжало першить. Взяв из угла найденную в одной из разбитых машин монтировку, он подсунул её под край двери и решительно потянул.