Позывной «Оборотень»

Дальше только в трубу.

– В какую трубу? – не удержалась одна из девчонок.

Вместо ответа Иевлев ткнул пальцем в высокую кирпичную трубу, возвышавшуюся над хозяйственным блоком. Обернувшись в указанную сторону, курсанты дружно повернулись к полковнику, уставившись на него непонимающими глазами.

– Тела погибших отсюда не вывозят. Слишком долго и муторно. Там котельная, а к ней специальная печь пристроена, навроде крематорской. В общем, все, кто не выдержал, уходят отсюда через неё, – спокойно пояснил Степаныч, стоявший за плечом полковника. – Родственникам только урна с прахом доставляется. Да и то не всегда.

– Это у вас местный фольклор такой? – растерянно спросила любопытная девчонка.

Иевлев давно уже заметил, что она задаёт больше всех вопросы, иногда даже не дожидаясь окончания разговора. Это нужно было менять. Сделав себе мысленную отметку для психолога, полковник ещё раз обвёл взглядом короткий строй и, помолчав, спросил:

– Так что, есть желающие уйти прямо сейчас? Обещаю, никаких репрессий и плохих отметок в личном деле. Всё останется здесь. Это не трусость, а умение правильно оценивать собственные силы.

Курсанты продолжали молчать. Наконец, один из парней, собравшись с духом, осторожно спросил:

– Господин полковник, а до завтра подумать можно?

– До завтра нет. Только до вечера. Завтра начинается курс вашей подготовки по полной программе.

– А до этого что было? – растерялся курсант.

– Обкатка и проверка. Мы смотрели, на что вы способны и что из вас может получиться, – ответил Иевлев. – Ладно, не будем терять времени. Можете думать до полуночи. Ровно в нуль часов одну минуту любое изменение решения принято уже не будет. И учтите, уйти из команды будет невозможно. Ровно в полночь вы станете моей собственностью.

– Такое впечатление, что мы в позапрошлом веке оказались, – проворчал спросивший про срок раздумий курсант.

– Хуже. Для вас, еретики, мы святая инквизиция, – усмехнулся прапорщик, и курсанты дружно вздрогнули от его усмешки.

Развернувшись, Иевлев кивком головы передал молодёжь Степанычу и, вернувшись к себе в кабинет, аккуратно убрал добытый с таким трудом приказ в сейф. Пользуясь полученным карт-бланшем на подготовку курсантов, он снова вызвал к себе прапорщика и, разложив на столе учебный план, задумался. Предстояло решить, чем в первую очередь загрузить курсантов.

Ни секунды не сомневаясь, что Степаныч потребует от него основную часть времени уделить физической подготовке, Иевлев решил применить метод недельного обучения. Это означало, что курсанты одну неделю будут до одури изучать различное оружие, основы психологии и психоанализа и тому подобные дисциплины, требующие изучения в аудитории, а следующую неделю будут умирать от усталости на полигоне.