Позывной «Оборотень»

Что называется, на всякий пожарный. Например, если вдруг выяснится, что полученную информацию требуется срочно уточнить. К тому же отрабатывать столкновение курсантов с вооружённым противником на «кукле» было принято ещё в тридцатых годах двадцатого века.

Это практиковалось в работе органов НКВД, а после и бойцов СМЕРШа. Всё было до смешного просто. Отбирался кандидат из приговорённых к смертной казни, умевший как следует орудовать кулаками и пользоваться каким-либо оружием. Это и была «кукла». После отбора смертника выставляли против курсанта. Живым из такого спарринга выходил только один. Если это была «кукла», то его отправляли в камеру до следующего спарринга. Если же выживал курсант, то его переводили на следующую ступень.

Несмотря на мораторий на смертную казнь и все демократические перемены, «куклы» были всегда. Среди приговорённых к пожизненному заключению тоже находились такие, кто мечтал вырваться из тесной камеры и ещё раз почувствовать себя властителем над человеческой жизнью. Так что теперь, заполучив в руки сразу четырёх отлично подготовленных бойцов, полковник не собирался упускать шанс дать своим кутятам ощутить на губах вкус настоящей крови врага.

* * *Через три дня после своего бегства с границы Никита и Таня добрались до пригорода Иркутска. Остановив машину на окраине, парень долго рассматривал город в бинокль, после чего коротко скомандовал:

– Вылезай. Твоя остановка.

– А может…

– Не может, – оборвал её нытьё Никита. – Я не хочу тащить тебя туда, где тебя могут запросто убить.

Так что собирайся и иди в город. Народу здесь много, вроде как даже что-то работает, так что устроишься. А мне дальше ехать надо.

– Врёшь ты всё. Сам сказал, на южную границу едешь, – всхлипнула в ответ Таня.

– До неё ещё добраться надо. К тому же мне кое-что ещё сделать нужно, а вот это кое-что и будет самым опасным. Не хочу я в твоей смерти виноватым быть, – тихо добавил Никита, помолчав."

"Посмотрев на него испуганно-растерянным взглядом, девушка покорно забрала из багажника свои пожитки и, опустив потрёпанный рюкзачок на землю, с надеждой покосилась на него. Отлично понимая, чего она ждёт, Никита быстро достал из багажника четыре банки консервов и, сунув их ей в рюкзак, тихо сказал, отдавая один из трофейных штык-ножей:

– На первое время хватит, а дальше и сама решишь, что делать. Бывай.

Не тратя времени на долгие прощания, он запрыгнул в машину и, запустив двигатель, помчался по дороге дальше. Бросив быстрый взгляд в зеркало заднего вида, Никита покачал головой и коротко выругался. Таня так и стояла посреди дороги, глядя вслед уносящейся машине, словно продолжала надеяться на чудо. Зарычав от злости, парень выругался так, что чуть двигатель не заглох.