Правдивая история Мэра Сью

В это время Хараш готовил фабрику к установке оборудования. Мы заказали сразу десяток мясорубок. А тем временем за макаронами уже выстроилась очередь...

Да, именно так. Жители Большого Куша стали записываться в очередь за макаронами. А все из-за Луиша-макаронника. Он так растрезвонил о будущем совершенно чудесном продукте, что у нас в пиццерии однажды случилась драка, между двумя друзьями, которые не смогли поделить тарелку макарон между друг другом... Все бы ничего, но и тарелка, и ситуация были гипотетические... то есть приятели решили порассуждать, кому из них достались бы первые в мире макароны, при условии, что они же будут последними.

После заверений, что макарон хватит всем, жители почему-то засомневались, что это правда, и тут же создали очередь, постановив, что в одни руки надо отпускать не больше пяти кило.

Это самое кило в Большом Куше было побольше килограмма раза так в полтора. Герцог Буркингемский ввел эту меру, взвесив в руке камень и на глазок определив его вес. Камень этот и сейчас лежал в мэрии, как эталон местной меры весов — кило.

Глава 10.2

Последние дни перед открытием парка я почти не помню. Они слились в один бесконечный день. Я вскакивала ни свет ни заря и летела в парк до работы, чтобы раздать ценные указания бригадам строителей.

Потом копошилась в архиве, сортируя документы и составляя сводки. Фон Байрон совсем озверел и требовал от меня то один отчет, то другой. У меня, вообще, появилось ощущение, что я снова работаю в своей конторе и постоянно готовлю ответы на бесконечные запросы налоговой. Если бы в Большом Куше был копир, мне опять бы пришлось копировать сотни документов. И, честно говоря, это было бы гораздо проще.

В обед я снова бежала в парк, проконтролировать, как там идет работа, указать на косяки и погрозить пальцем лентяям. Иногда приходилось даже покричать. Наш, русский мат оказался хорошо знаком жителям Большого Куша. И обладал точно таким же магическим свойством доносить информацию до глубинных слоев мозга, как и в нашем мире. А я не была ханжой, могла и завернуть конструкцию. Строители Большого Куша меня даже зауважали. Сказали, что если нужна будет работа, могу пойти к ним прорабом.

Хотя вечером, когда я дотошно проверяла все, что они сделали за день, они стонали и говорили, что никогда и ни за что больше не будут со мной работать. Потому что я докапывалась до всего, заставляя заново переделывать кривые стены, косые крыши и неровные дорожки. Постепенно, косяков стало меньше. То ли наши строители-плотники наконец-то научились держать в руках топоры, то ли им просто надоело переделывать по сто раз одно и то же, и они решили, что лучше уж сразу выполнять свою работу хорошо.

Потихоньку стук топоров в парке стих, но зато стало сильно пахнуть краской.