Право первой ночи для повелителя драконов

Ах да, он же намеревается почти сразу увезти её в свой замок, к чему ему лишний раз напрягаться?!"

"‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Жених, невеста и жрец окружили своеобразный алтарь-обелиск, и местный священник вопросил:

– По доброй ли воле вы вступаете в брак?

Сиер Джерсис уверенно ответил, что по доброй, и перевёл взгляд прищуренных глаз на будущую жену, ожидая её ответа. Ксю хотела отказаться, открыла было рот, но ошейник сжался на горле, напоминая, что подбирать слова нужно очень тщательно. Беспомощно оглянувшись на Тиру (всё-таки единственная женщина), которая в этот момент предательски отвела глаза, Ксения лишь безмолвно кивнула. А вдруг прокатит? Если она не произнесла согласия вслух, может, потом как-то удастся выкрутиться?

И церемония началась...

Жрец принялся читать причудливые заклинания, от которых у Ксении точно сломался бы язык, – и символы на обелиске засветились бледно-золотым. Разворачивавшееся действо было окутано флёром некой потусторонней торжественности и волшебства, это вам не рядовая роспись в ЗАГСе. Если бы предстоящий брак не был для Ксю приговором, она бы даже залюбовалась и прониклась атмосферой, а так... Каждое произнесённое слово священнослужителя приближало катастрофу и усиливало панику. Девушка метнула взгляд в сторону дверей – и свет померк у неё перед глазами от внезапного и почти нестерпимого приступа боли, когда ошейник и обруч в унисон сдавили голову и шею, лучше любых слов предостерегая даже не рыпаться.

– Кажется, невесте нехорошо, – заметил жрец, когда Ксения покачнулась и с силой опёрлась на руку подхватившего её жениха.

– Ну так всех невест мандраж перед свадьбой хватает, бабье племя, – отмахнулся Турин. – Переволновалась, с кем не бывает? Вы продолжайте, продолжайте. Вон, её жених приголубил – и порядок.

Борн действительно приобнял будущую жену за плечо, но только они двое знали, что это не нежное объятие влюблённых (как думали присутствующие), а цепкая хватка хищника (от которой теперь останутся нехилые синяки), не пожелавшего отпускать жертву. Но всё это Ксю наблюдала уже со стороны. Кажется, испугавшись за собственное тело, на волю вырвалась настоящая Лирана, готовая безропотно исполнять каждую прихоть собравшихся, лишь бы ей не навредили и не причинили боль. Комбинированной атаки ошейника и обруча она не перенесла.

Однако Ксения всё равно пыталась достучаться до подруги по несчастью, отговорить, предостеречь, убедить не сдаваться. Но куда там... На этот раз Лиру заставили сказать заветное «да» вслух. Хотя как заставили?! Она просто покорно произнесла клятву и выполнила все необходимые ритуальные действия.