Право первой ночи для повелителя драконов

Хотя, в принципе, откуда им обоим знать, кто настоящая хозяйка тела, а кто гостья? Ксения вполне могла бы сейчас заявить, что именно она истинная сиера Трайдер, но... не могла. Во-первых, ей претила столь наглая ложь. Во-вторых, правда всё равно выйдет наружу, когда Лирана вновь завладеет собственным телом. Так что придётся признаваться и молиться, чтобы после её признаний всё не стало ещё хуже...

– Не стоит, – Янар поднял руку в останавливающем жесте, и беловолосый с неохотой погасил огонёк силы. – Наша аира должна согласиться на беседу добровольно. Ну же, сиера, располагайтесь, – повторил приглашение повелитель.

Ксюше отчего-то подумалось, что на третье приглашение нарываться не стоит, да и какой смысл отмалчиваться? Чего она этим добьётся? А вот если рассказать этим двоим (кто так заинтересован в данном теле), что приключилось на самом деле, есть шанс получить помощь или хотя бы дельный совет. Быть может.

– С-спасибо... – девушка с опаской приблизилась и всё же осторожно присела в кресло, готовая в любой момент подскочить и оказаться в другом конце комнаты.

– Ваше будущее зависит от того, насколько правдиво вы будете отвечать на мои вопросы, поэтому убедительно прошу не юлить и говорить всё как есть, – красноволосый немного подался вперёд, демонстрируя крайнюю степень заинтересованности.

– Х-хорошо, – сдалась Ксю и, сжав ткань ненавистного подвенечного платья, представилась. – Моё имя Ксения Лирская... и я... в этом мире (и в этом теле) лишь гостья.

По мере того, как она рассказывала о том, как после падения и удара головой об лёд очнулась в новой реальности и в чужом теле, концентрация внимания драконов всё возрастала.

А уж когда речь зашла о ритуале, который прервала Лирана, из-за чего сейчас в одном теле гостят две души, Янар нахмурился.

– Вот, оказывается, в чём дело... – потёр подбородок он. – Магия жизни и смерти... Это непростой ритуал, не знаю, как сиера Трайдер вообще решилась его провести. Видимо, была в таком отчаянии, что пошла на всё, лишь бы избежать замужества.

Ещё бы! У неё перед глазами был печальный пример матери, силы которой беспощадно испили без остатка.

– А моя аира, оказывается, отчаянная девочка, – с восхищением проронил сиер Брайтрейн, словно его во всём сказанном заинтересовало лишь это.

– Зато моя – с характером, – не остался в долгу повелитель. – И я бы на твоём месте не слишком радовался, потому что последствия этого ритуала... В данный момент сложно сказать, насколько они обратимы.

– Н-необратимы?! – пискнула Ксюша, которая до последнего надеялась, что возвращение в родное тело возможно. – Неужели совсем-совсем ничего нельзя сделать?

– Не спешите впадать в отчаяние! – остановил её панику повелитель.