Пристойное поведение

Оформлением занимался дядя, я только помогала принеси-подай. И в то время мне не много нужно было — капельку внимания и намек на то, что я особенная. Август заверил, что помогает другу устраивать похороны бабушки, я тогда подумала — какой благородный.

Навешал мне лапши на уши, заставил чувствовать себя красивой, а я бросилась на этот поезд, закрыв глаза и распахнув душу. Представьте только, все подруги-одноклассницы наслаждались студенческой жизнью, а я здесь… одна… в этом мрачном месте.

А потом выяснилось, что Август хоронил супругу. Свою. Я думала, умру от стыда, когда правда прояснилась, причем разоблачение произошло публично! Наш поцелуй застукали родители усопшей, которые пришли вносить деньги за памятник! Подняли скандал, дядя тогда чуть не выставил меня на улицу. Никогда не забуду, как плакала мама, причитая, что я наследую ее судьбу. Август же, получив, что хотел, бесследно пропал, оставив меня один на один с ощущением брезгливости по отношению к себе.

Но я справилась с этим. Пусть не сразу, но сумела вернуть веру в себя и в свои способности. На следующий год поступила в колледж, параллельно работала фитнес-инструктором, помогала маме. У нее, кроме меня, никого нет, и подвести ее я не имею никакого права. Мамочка всю жизнь работала, чтобы поставить меня на ноги, и для меня нет большей радости, чем видеть ее улыбку. А когда я согласилась снова взять на себя этот бизнес, она не только улыбалась — мамуля хлопала в ладоши!

И вот этот тип появился снова, уточнил о скидке, как постоянному клиенту. Подмигивал и требовал те же бонусы, что были ему предоставлены в прошлый раз.

Когда я увидела его насмешливое выражение лица, то потребовала немедленно выметаться вон! Но он позвонил дяде, и тот заставил меня подчиниться.

Этот человек вновь не сожалел об утрате уже второй жены, пытался подкатывать. Когда я узнала о цели его визита, испугалась по-настоящему. Даже Сережа, мой помощник и художник по совместительству, заметил, что со мной что-то не так, подошел ближе, встал позади, скрестив руки и прошептал: «Ты окей?». Ничуть не удивлюсь, если Август имел какое-то отношение к своему очередному вдовству.

Мне, конечно, уже не семнадцать, я смогла поставить его на место ледяным профессиональным тоном, но он… продолжал отпускать свои шуточки и намеки, и это было невыносимо. Мои руки стали ледяными, вспотели. Если пошлые глупости Озерского казались безобидными шалостями, которые можно прекратить в любой момент, Август задавил меня вниманием, не давая возможности избежать этого.

Если бы у меня был старший брат или муж, я бы позвонила кому-то из них немедленно. Обоим сразу.

На следующий день после оформления заказа, Август пришел снова и объявил, что похороны переносятся.