Призрак музыки

Люди доверились ему, люди на него надеются, а он вот так запросто берет и отказывается. Я, ребята, пошутил, я не собираюсь вам помогать, а вы что, поверили? Вот как выглядит поведение твоего адвоката. И я должен ему это объяснить, чтобы он не обольщался и не думал, что выглядит в чужих глазах пристойно. Он должен знать, что он подонок и что все вокруг это понимают.

Ольга подняла на него больные глаза.

– Зачем? Зачем ему это знать? Он все равно не будет заниматься твоим делом.

Она впервые за все время так и сказала: твоим делом. Не нашим, как говорила раньше, а ТВОИМ. Ей вдруг показалось, что лимит сил, отпущенных ей на выполнение того, что она считала своим долгом, исчерпался, больше она не может ни видеть Георгия, ни общаться с ним, ни помогать ему.

– Будет, – Дударев был непоколебим. – Я его заставлю. Раз взялся – пусть доводит дело до конца. Это вопрос принципа. Я никому не позволю так с собой обращаться.

Ольга молча вытащила из сумки записную книжку, вырвала чистый листок и переписала на него телефон и адрес Храмова.

– Возьми, – она протянула листок Георгию. – Мне пора идти.

Георгий аккуратно сложил листок пополам и спрятал в нагрудный карман рубашки.

– Куда? – недовольным голосом спросил он.

– Домой. Еще на рынок нужно зайти. Я завтра с утра поеду к сыну в лагерь, хочу отвезти ему фрукты и сладости.

– Когда ты вернешься?

– Завтра вечером. Я буду тебе нужна?

Георгий взял ее за руку, погладил пальцы, поднес к губам.

– Я тебя измучил, да, Оленька? Взвалил на тебя свои проблемы, как будто у тебя собственных забот мало… Ты плохо выглядишь, глаза усталые.

В первое мгновение ей показалось, что сейчас все вернется, все опять станет как прежде, когда они были пылкими и нежными любовниками. Но уже в следующую секунду Ольга отчетливо осознала, что ей это больше не нужно. Она больше не верит Георгию. И хотя он так и не признался ей открыто, что убил жену, все равно она ему не верит. Конечно, она ему нужна, кто же, кроме нее, будет заниматься поиском адвоката и попытками вытащить его из уголовного дела. Поэтому, как только он почувствовал, что Ольга отдаляется от него, он тут же пустил в ход ласку и обаяние. «Он меня никогда не отпустит, – вдруг с ужасом подумала она. – Он так и будет держать меня на привязи и помыкать мной. Он прав, я позволяю обращаться с собой как с половой тряпкой. Я и ему это позволяю. Но его это, кажется, вполне устраивает, это дает ему возможность держать меня в узде и заставлять верно служить».

– Да, Георгий, ты меня измучил. Скажу тебе больше: ты мне надоел своими претензиями и своими требованиями. Ради того, чтобы помочь тебе, я пошла даже на то, чтобы признаться во всем мужу, и теперь мое семейное будущее выглядит непонятным и неустойчивым. Чего тебе еще от меня надо? Я нашла тебе адвоката.