Призрак музыки

– Теперь уже есть, – почему-то обреченно констатировал Селуянов.

– Не дерзи, Коленька, старшим, – ласково сказал Колобок. – Я тебе в отцы гожусь. Ладно, с этим все. Дальше что делать будете?

– Дальше в понедельник Гмыря доложит руководству, и материалы будут переданы в прокуратуру для дальнейшего расследования, – пояснила Настя. – А до понедельника пусть Ермилов погуляет и помучается вопросом, кто же это ему письмецо написал. Переоридорога был жутко убедителен, они его даже бить не стали, поверили, что это не он написал. Ермилов все-таки очень опытный следователь, он сразу может отличить, врут ему или правду говорят, а Андрею даже притворяться не пришлось, он же действительно этого письма не писал и никаких кассет у него нет.

– Наружку задействовали?

– За Ермиловым-то? Конечно. Правда, они нас уже клянут, мы их за Дударевым следить подряжали, не прошло и года – снова дергаем. У них там свои сложности, сами знаете. Планы, графики, нагрузка и финансовые проблемы. Все в одной кучке. Сегодня пятница заканчивается, впереди суббота и воскресенье, посмотрим, будет ли Ермилов в эти два дня что-нибудь предпринимать, а в понедельник уже следователи подключатся.

– Пятница заканчивается, – зачем-то повторил Колобок. – Уже пятница. Уже июнь кончается. Один летний месяц как корова языком слизала. Слушайте, дети мои, вы хоть успеваете замечать, как время летит? Оно летит само по себе, а мы за ним не поспеваем. Все время опаздываем… Что-то я разбрюзжался. Это я с дороги такой злой, в поезде душно было и грязно, ехал и думал, на ком бы злость сорвать. Специально поехал не домой, а на работу, знал, что кто-нибудь наверняка провинился и под руку попадется.

– Ну и как? – осторожно спросила Настя. – Повезло? Удалось найти жертву?

– Мне не повезло. Зато вам, обормотам, повезло. Пришел я сюда, Короткова вызвал, доклад его выслушал и вдруг понял, что вы все уже большие мальчики и девочки. Растил я вас, растил – и вырастил. На свою голову. Юрку до своего зама дорастил. Ты, Стасенька, уже подполковник. Ты хоть понимаешь, что всего на одну звезду ниже меня стоишь?

– Звезда – не показатель мастерства, – возразила Настя. – Мне до вас семь верст и все лесом. По сравнению с вами я еще дитя.

– Да нет, деточка, ты уже давно не дитя. Вон какую красивую комбинацию спроворила, и все сама. Я же знаю, тебе ребята только сведения в клювике таскали, а все остальное ты сама выдумала, своей собственной головой. Знаешь, чем хороша твоя комбинация?

– Гениальностью, – хихикнул Селуянов, который уже понял, что гроза прошла стороной и можно снова начинать привычно балагурить.

– Простотой, – продолжал Гордеев, пропуская реплику Николая мимо ушей.