Проклятые

Если это можно вылечить, я готов лечиться. Я готов на все, чтобы наладить свою жизнь. На все, кроме разлуки с Кэрол. Я не оставлю ее, ни на один день. Я не вижу для этого причин. Разве нельзя перевестись в другой университет, и доучится там, где мы будем жить? Можно. А что до Куртни — Кэрол все равно уже не живет с нею. Да и Куртни этой она не больно-то и нужна, раз она предпочла ей мужика! Ну, если Кэрол будет скучать за ней, пусть летает сюда, к ней, сколько хочет. Я не собираюсь лишать ее тех, кого она любит. А что до ее матери… она не заслужила того, чтобы Кэрол о ней даже вспоминала, не то, чтобы заботилась.

Поверь, я видел эту женщину, видел, как она обращалась с маленькой Кэрол. Видел, сколько тоски и одиночества было в ее детских глазках, а сколько там было страха! Я никогда не видел такого страха ни у кого другого! И я никогда не позволю, чтобы Кэрол встретилась с ней. Эта женщина способна причинять ей только боль, и я этого не допущу!

— Ты окончательно решил, что без Кэрол не уедешь? — спокойно спросил Джек, терпеливо выслушав его."

"— Об этом и речи быть не может. Твое предложение очень заманчиво, но слишком велика цена.

Кэрол сама не захочет расстаться со мной, чтобы мы здесь не говорили и не решали. Я вчера сделал ей предложение, и она дала мне согласие. Мы не намерены больше ждать и откладывать. Мы поженимся, — заметив, как темнеет лицо Джека и тяжелеет его взгляд, Мэтт подозрительно сощурился, изучая его внимательным взглядом. — Одного не пойму, почему ты не хочешь, чтобы она поехала со мной? Почему не хочешь этого на самом деле? Ведь дело не в институте, и не в Куртни. В чем же?

— Ты умнее, чем я предполагал. Но в данном случае, это тебе пользы не принесет. И ответ на твой вопрос — тоже.

— А все же?

— Чего я хочу, а чего — нет, не имеет значения. Это здесь совершенно ни при чем. Ты должен уехать, уехать далеко и навсегда. Без нее. Ты сделаешь это сегодня же. Вот билеты, — Джек достал из кейса авиабилеты и положил перед ошеломленным собеседником на столик. — И ей ты ничего не скажешь. Впрочем, нет. Ты позвонишь и скажешь ей, что уезжаешь навсегда, что у вас ничего не получится, что ты не любишь ее, в конце концов! В общем, что-то вроде этой дребедени, сам придумаешь. Главное, чтобы она не пыталась тебя найти и забыла как можно быстрее.

Ясно?

Мэтт смотрел на него, приподняв от изумления брови, а потом резко рассмеялся.

— Джек, я очень благодарен тебе за то, что ты для меня сделал, но то, что ты сейчас говоришь, похоже на бред. Ты, наверное, решил надо мной подшутить?

— Что ж, можешь думать, что я пошутил, когда будешь садиться вечером в самолет. Мне все равно. Лишь бы ты улетел.

Перестав улыбаться, Мэтт долго смотрел на него.

— Я никуда не полечу. Без Кэрол.

— Любишь ее?

— Люблю.

— Тогда полетишь. У тебя просто нет выбора.