Проклятые

Чтобы не происходило, она никогда не отпустит его.

ю Она готова была бороться за него и за его любовь с кем и с чем угодно, даже с самой жизнью, если та вдруг вздумает разлучить их. Никто и ничто не сможет его у нее отобрать. Она слишком долго его ждала, слишком тяжело за него боролась, и совсем не для того, чтобы, добившись, потерять. Дотянувшись до своей «звездочки», она будет цепляться за нее изо всех сил. Она слишком высоко забралась, и падать вниз было слишком страшно. Выпустив из рук свою «звездочку», она рухнет с небес на землю и разобьется.

Кэрол обвила Мэтта и руками и ногами, прижавшись к нему со всех сил, как будто отпустить его значило на самом деле упасть в пропасть.

Он пошевелился и тоже обнял ее, крепко, нежно. Кэрол улыбнулась, успокоившись. Пока они оба будут вот так крепко держаться друг за друга, они не упадут. А если и упадут, то вместе. Это было уже совсем не страшно.

Мэтт еще спал, а Кэрол уже порхала на кухне, готовя ему завтрак.

Причесанная, подкрашенная, благоухающая любимыми духами, она выглядела абсолютно здоровой. И безумно счастливой. Одетая в короткие джинсовые шортики, плотно облегающие ее бедра и ягодицы, и трикотажную майку на бретельках, она ощущала себя намного удобнее и комфортнее, чем в халате.

Она вообще редко его надевала.

Услышав за спиной шаги, она обернулась и расплылась в улыбке.

Сонный, с взъерошенными волосами, Мэтт остановился в дверях и принюхался.

— М-м-м, кофе, — промычал он блаженно и улыбнулся. — Доброе утро, котеночек. Давно встала?"

"— Давно. Не спится. Разве можно спать, когда распирает от счастья и радости?

— Хочешь сказать, что меня не распирает, раз я сплю? Еще как распирает, и не только от счастья, — притянув ее к себе, он сладко поцеловал ее в губы.

 — Ты прекрасно смотришься в шортах. Мне нравится.

Он погладил ее ягодицы и плотнее прижал к себе. Кэрол отстранилась.

— Иди, умывайся. Завтрак остынет.

— Разогреем.

— Мэтт! Я так старалась!

Вздохнув, он отвернулся и лениво направился в ванную. Кэрол ласкала взглядом его высокую стройную фигуру, любуясь широкой спиной и крепкими плечами, гибкой талией, узкими бедрами, длинными сильными ногами. Как будто почувствовав, что она его разглядывает, он поднял руки и, слегка выгнув спину, потянулся, разминая великолепное тело.

У Кэрол защемило сердце от восторга, когда она увидела, как красиво заиграли крепкие мускулы под гладкой кожей. Боже, какой мужчина — дух захватывает! Трудно было поверить, что она, обыкновенная, не отличающаяся особой красотой, девушка смогла завоевать сердце такого мужчины. В нее никто никогда не влюблялся, а единственный мальчик, который ей понравился, Том Фокстер, ее даже не замечал.