Проклятые

У меня все хорошо, не волнуйтесь. Я еще позвоню. Пока."

"Она слышала, как он что-то кричит в трубку, но решительно нажала на рычаг. На глаза навернулись слезы. Глубоко вздохнув, Кэрол прилегла на кровать. Разлука с Куртни и Рэем, а также то, как нехорошо она с ними поступила, заставляло ее сердце обливаться кровью. Но если бы она потеряла Мэтта, ее сердце бы разорвалось на кусочки и от него вообще бы ничего не осталось. Она сделала свой выбор, и ни на секунду в нем не усомнилась.

Она вздрогнула, услышав в ванной какой-то странный звук, как будто упало что-то большое и тяжелое.

Вскочив, Кэрол бросилась к двери.

— Мэтт, с тобой все в порядке?

Он не ответил, и тогда она, не колеблясь, открыла дверь.

Он лежал на полу, не подавая никаких признаков жизни. На краю ванны было смазанное пятно крови, а из раны на разбитом лбе Мэтта струйкой сбегала на пол кровь.

— Мэтт! Мэтт, ты жив? — Кэрол прижалась ухом к его груди и, расслышав равномерные удары, облегченно вздохнула. Поднявшись, она открыла кран и, набрав в ладонь воды, плеснула ее в лицо Мэтта. После третьей попытки привести его в чувства, он, наконец-то, приоткрыл глаза.

Непонимающим взглядом он посмотрел на склонившуюся над ним девушку.

— Мэтт, что с тобой? Тебе плохо?

— В глазах потемнело, — рассеянно отозвался он.

— Ты ударился головой о край ванны, когда падал. Сильно болит?

— Не знаю…

— Попробуй встать.

Он послушно поднялся на ноги, поддерживаемый девушкой и вышел из ванной. Подведя его в кровати, Кэрол осторожно уложила его на белые простыни.

— Сейчас, подожди минутку, — она бросилась к чемодану и торопливо его раскрыла. Выхватив оттуда маленькую аптечку, она вернулась к Мэтту и присела рядом.

Он молчал, смотря куда-то перед собой усталыми покрасневшими глазами, пока Кэрол обрабатывала его рану.

— Ты просто переутомился. Видано ли, почти четверо суток за рулем! Все, я больше не допущу такого, ты слышишь меня? Мы будем на ночь останавливаться в мотелях и отдыхать столько, сколько потребуется.

Он молчал. Отвернувшись на бок, он закрыл глаза.

— Мэтт, тебе плохо? — взволновано спросила Кэрол.

— Голова болит, — прошептал он так тихо, что она с трудом разобрала его слова.

— Выпьешь обезболивающее?

Так и не дождавшись ответа, она наклонилась и посмотрела ему в лицо. Он спал. Вздохнув, Кэрол поцеловала его жесткие черные волосы, мокрые после душа. Осторожно, боясь его потревожить, она прилегла рядом и, разглядывая красивое измученное лицо, легонько гладила его по голове.

С тех пор, как они уехали, он был сам не свой. Мрачный, молчаливый, задумчивый. И очень грустный.

Он становился все более раздражительным и несдержанным, злился на все и на всех, по поводу и без.