Проклятые

Она продолжала сидеть в куртке, чтобы Мэтт не заметил, что она все еще дрожит и не догадался, что это совсем не от холода.

Замечая, как Мэтт настороженно поглядывает на нее, она постаралась взять себя в руки, чтобы не выдать своего страха. Но ее глаза сами собой вновь и вновь косились на него, чтобы убедиться, что он не собирается на нее наброситься, а сердце продолжало тревожно колотиться.

Бросив на него очередной взгляд украдкой, она вдруг увидела, что глаза его закрыты, а голова медленно склоняется на руль.

— Мэтт! — вскричала она, толкая его в плечо.

Он поднял голову и непонимающе посмотрел на нее.

— Что?

— Не спи, ты же за рулем! Тормози!

Он послушно остановил машину и, положив руки на руль, устало опустил голову.

— Тебе плохо? — осторожно спросила Кэрол.

— Голова болит. Пожалуйста, котеночек, давай немного передохнем. Я очень устал, — глухо отозвался он.

— Хорошо, Мэтт, отдохни. Ложись на заднее сиденье, там тебе будет удобнее, — поспешно согласилась Кэрол."

"Он без возражений перелез назад и, сжавшись в комочек, закрыл глаза. Кэрол заняла его место, сев за руль, и продолжила путь. Видимость была ужасная, проливной дождь заливал стекло, дорога, которую девушка едва различала под светом фар, была скользкая, и Кэрол сосредоточено смотрела вперед, снизив скорость и не решаясь ехать быстрее, хотя ничего ей так не хотелось в данный момент, как вдавить педаль и помчаться что есть мочи по этой бесконечной, пустынной темной трассе, чтобы оставить ее позади, добравшись до какого-нибудь спасительного мотеля.

Не важно, какого, лишь бы там был телефон. Осторожно ведя машину, Кэрол то и дело отрывала взгляд от дороги и смотрела в зеркало, на Мэтта.

Безумный страх, что его снова охватит приступ, и он набросится на нее сзади, заставлял ее глаза снова и снова, беспрерывно, устремляться в зеркало, и она ничего не могла с собой поделать, чтобы сосредоточиться на дороге. Сердце ее тревожно колотилось в груди, пальцы все еще дрожали, и она изо всех сил пыталась успокоиться и взять себя в руки.

Даже не догадываясь о ее страхе, Мэтт неподвижно лежал на заднем сиденье. Когда девушка смотрела на него, ее охватывал еще больший страх. Дыхания его не было слышно, он был так бледен, и на фоне этой смертельной бледности как-то зловеще и трагично вырисовывались темные круги, в которых потонули его веки, был так неподвижен, что походил на мертвого.

Кэрол несколько раз притормаживала в порыве убедиться в том, что он жив, но так и не остановилась. Конечно, он жив. Просто он болен, он устал… и в темноте выглядит совсем не так, как должен и как есть на самом деле. И Кэрол боялась его разбудить. Ведь неизвестно, каким он проснется… кем проснется, ласковым добрым Мэттом, или жестоким психопатом.