Проклятые

Обещаю, если у меня возникнут вопросы, я обязательно к тебе обращусь за советом, к тебе, а не к Куртни, хорошо? — она чмокнула его в гладко выбритую благоухающую щеку, чтобы он не обиделся, и побежала вверх по лестнице.

— Врушка! Так я и поверил! С Куртни вечно шепчется, а я как не родной! Между прочим, я твой отец, а она твоя мачеха. Вообще-то принято мачеху ненавидеть. А ты любишь ее больше меня!

— Неправда! — Кэрол резко остановилась и обернулась к нему. — Я люблю вас обоих. Одинаково. Вы — моя семья. Семья, которой у меня не было, пока ты меня сюда не привез. И я тебе за это очень благодарна!

Она сбежала обратно вниз и прямо с лестницы прыгнула ему на шею, повиснув. Он со смехом подхватил ее, не опуская на пол.

— Ну ладно, подлиза, принято! Я же просто шучу, ты же знаешь. Я счастлив, что ты так любишь Куртни. И меня. Что мы стали семьей. Мы тоже тебя любим. Я жалею лишь о том, что не забрал тебя раньше.

— Ты забрал меня как раз вовремя. Раньше не надо было. Тогда бы у меня не было Эми.

Он поставил ее на ступеньки и, развернув, хлопнул по заду, подтолкнув вперед.

— Ладно, беги уже, строчи письмо своей ненаглядной подружке. Но помни, о чем я тебе сказал… насчет того, что со мной можно обсудить любые темы и вопросы.

Легко взбежав по лестнице, Кэрол обернулась и перегнулась через перила, посмотрев на него.

— С удовольствием бы послушала твои советы, как разоблачать неверных парней. Ведь никто лучше тебя не знает, как водить нас, женщин, за нос! Поделишься своими хитростями?"

"— Ах ты… Да я понятия об этом не имею. Я же невинен, как агнец божий. Придержи свой ядовитый язычок, не дай бог, Куртни услышит! А то я тебе… — он размахнулся и молниеносно запустил в нее огрызком от яблока, который все еще держал в руке.

Кэрол, реакция и быстрота которой была превосходно развита благодаря постоянной игре с ним в теннис, ловко увернулась, и огрызок пролетел мимо. Выпрямившись, она снова свесилась вниз над перилами и показала ему язык. Он погрозил кулаком.

— У-у, натренировал на свою голову, посмотрите на нее, быстрая какая стала!

— Да уж побыстрее тебя!

— Что?! Совсем чокнулась, девчонка? Ну, кончится дождь, пойдем на корт, я тебе покажу, кто из нас быстрее!

— Покажи, покажи! — рассмеялась Кэрол и, взмахнув еще влажными после ванны длинными волосами, отвернулась и умчалась в свою комнату.

О, как она любила свою комнату!

Когда она впервые сюда вошла, она поверить не могла, что эта красота для нее. Большая, светлая, с огромным окном, выходящим на балкон, эта комната, как и весь дом, показалась ей королевской. Никогда она раньше не видела такой роскоши, такого богатства. Она и представить не могла, что ее отец, вернее, его жена, настолько богата. Их дом был великолепным.