Просто друзья (СИ)
— Глеб? — Что, Мила? — выделил он мое имя. — Может, улыбнешься? — Так? — он специально и наигранно улыбается. Получается очень смешно, но до безумия очаровательно. — Смешно. — Нет, это не смешно, — грустно выдохнул он, — мне двадцать три, а меня женили, как девку какую-то. — Ты посмотри на это с другой стороны. — С какой еще стороны? — Глеб раздражен. Не хочу, чтобы это было вызвано моим с ним общением. — Она будет в любом случае еще хуже. — Ну как же? Тебе уже не придется искать ее. Жену то есть, женщину свою, — немного путаюсь, волнуюсь. Глеб засмеялся. Ему смешно то, что я ему сказала. Нравится? Ему правда понравилось? — Знаешь, а ты права. Если будем вот так общаться, может, и потерплю тебя. Будем что-то вроде друзей. — Друзья? — тихо спрашиваю я. — Ну да. Просто друзья.
Танцевать все время в одних и тех же сложно. Они просто изнашиваются. А что делать, если в середине танца ты понимаешь, что твои пуанты разваливаются? Зашивать времени нет, хотя позже в раздевалках можно встретить балерину с иголкой и ниткой в руках. А еще можно старые пуанты заменить на новые. Например, Гришко. Их так любят наши девчонки с курса. Но лично я предпочитаю Блоч. Помню, в раздевалке мы спорили, какая из фирм лучше. К консенсусу мы так и не пришли.
Мои Блоч лишились лент, и не остается ничего другого, как танцевать в Гришко. Остается решить, в чьих именно.
Меня в тот момент не волновало, что будет с той, у которой я заберу пару новых пуант. Ни сочувствия, ни жалости, ни сострадания. Голый и холодный расчет.
Если посмотреть в зеркало, то в моих глазах можно увидеть этот холод.
Эмоциональная дыра, что образовалась внутри, затягивает в себя все хорошие воспоминания, благодарности и радости новых встреч. Засасывает все доброе, что когда-то было внутри меня.
Зойка сама виновата, что первая отвернулась от меня. Зависть и конкуренция не самые лучшие подруги.
Вспоминаю, как мы решили прогулять один класс. Прятались как всегда в нашем тайном уголке. Зойка ела свои любимые разноцветные драже. Я же наслаждалась карамельно-шоколадным батончиком.
— Мне кажется, Милок, что Никита к тебе неровно дышит, — Зойка с наслаждением забрасывала сначала только красные конфетки, а потом приступала к зеленым.
— Да ладно тебе, Зойка. Какое нравишься? Это же Никита. Мальчик с пшеничными волосами и доброй улыбкой. Мы знаем его с первого класса.
Тогда я впервые задумалась над ее словами.
— Точно тебе говорю. Он на тебя запал, — в то время в моих мыслях уже был Глеб, но Зойке я не признавалась, — слушай, а подойди к нему первая, а? Вот Соня обозлится!
— А причем здесь Соня?
— Потому что она запала на Никиту, — уверенно так сказала Зойка.
— Ты мне сейчас напоминаешь прозорливую сводницу, — засмеялась я.
— Вот те крест! Нравится он ей. Так приятно было бы ей насолить.
— Зачем?
— Что значит зачем? Ты конкурентка ей или кто?
— Зойка… это подло. Тем более мне Никита не нравится. А делать что-то и кому-то назло неправильно.
— Ты какая-то слишком правильная, Милок. Вот прям до тошноты.
Тогда я правда была правильная. Еще верная подруга, что бы Зойка обо мне не думала. Мне важны были чувства других. А сейчас ровно. Хотели, чтобы я насолила всем? Чтобы показала свое истинное лицо? Пожалуйста.
Зойкина сумка всегда была безразмерной. Такой баул, в котором чего только нет. Вон те цветные драже. Я со злостью беру, раскрываю их и разбрасываю по полу. Давлю ногами, что они крошатся на множество цветных осколков. Нахожу ее косметичку с самой дешевой косметикой и разбрасываю по всей гримерке. Она разлетается.
















