Просто друзья (СИ)

Парни, что стояли с ней рядом, хлопают ей, словно она исполняет самый сложный танец, сложные конструкции и вкладывает в свои движения чувства, что терзают ее душу. Да, возможно, я слишком погружена в то, что принято считать искусством. Не судите строго.

В микрофон кто-то заговорил. Голос громкий, возможно, человек этот занимается вокалом: очень звучно и красиво получается, пусть это и просто слова.

— Ну что, все готовыыыыы? Мы начинаем наш первый заезд!

Я стою с краю, мне простор закрывают пару девушек, что так зазывно танцевали перед капотами машин. Глеба я потеряла из виду. Но почему-то думаю, что, если бы он участвовал в первом заезде, то предупредил бы меня.

На старте четыре машины. Ревут, очень и очень громко. Хочется закрыть руками уши, этот звук проникает внутрь и вибрирует там. Это не вызывает отторжение как нечто чужеродное и неприятное. Просто громко. Наблюдаю за каждой их машин, Ягуара Глеба там нет. Они выстраиваются в ровный ряд. В свете их фар я вижу девушку с ярко-рыжими кудрявыми волосами, на которой из одежды только короткие шорты и топик, в руке два флага с незнакомой мне символикой, она машет ими из стороны в сторону, будто гипнотизирует. Не знаю как гонщиков, но я завороженно наблюдаю за ее действиями.

Рев мотора не прекращается, он дикий, того и гляди, что сорвутся с места, прочертив некрасивую черную полосу.

— Три! Два! Один!

Девушка последний раз размахивает флагами и опускается вниз одним коленом на землю."

"Машины стартовали под визг не только двигателя, но и толпы, сканирующие какие-то подбадривающие речевки. Так странно, мне вдруг представилось, как зал вместо рукоплесканий в партере вторит такие же речевки, оказывая поддержку актеру. Как все-таки мир разнообразен. И как различны люди.

Следы шин видны на асфальте, и чувствовался запах дымящейся резины, что проникал в ноздри и пощипывал. Захотелось увернуться, вдохнуть свежего воздуха, но толпа вокруг не дает мне отойти ни на метр от старта. Люди собираются в линию, где и стояли машины. Они всматриваются вдаль, хотя гонщики уже далеко за пределами видимости.

А потом я чувствую его руку у себя на талии. Тепло передается мне импульсами, маленькими покалываниями, словно небольшой заряд тока, даже через слой одежды. Он отводит меня в сторону, помогает выйти из замкнутого круга непонятных и незнакомых мне людей. Слышу только, как кто-то иногда обращается к Глебу. “Нава” — так они его приветствуют. Но он не обращает на них никакого внимания. Глеб со мной, только со мной. Берет за руку, импульсы теперь поступают через кожу его рук, его пальцев, прямо по моим венам. Тепло струится потоком, что окутывает меня, открывает мои замочки перед ним одним лишь своим касанием. Сознаться в этом? Никогда.