(не) Измена. Ребенок от бывшего мужа

- Ты друзей забыл, Воронов, - негодует в телефоне друг, а я сжимаю гаджет сильнее, - я вот на родину матушку приехал и узнаю, что ты из столицы свинтил. Птица важная… Ты забыл, что мы стрелку забивали?

- Прости, брат, ты не кстати позвонил, в больнице я.

- Не понял, - голос Кирилла теряет ироничность, - только не говори, что тебя подстрелили, а то чет в последнее время до меня слухи доходят. - выдает скупо старый товарищ, с которым разошлись пути – дороги.

Я остался в столице, поднимался, а Кир уехал продолжать учится зарубеж, дальше уже создал свою нефтегазовую империю.

Когда мы оказывались в одной стране - всегда встречались, перекидывались парочкой бокалов. Старая дружба. Что называется студенческая.

- Кирилл, я, конечно, знаю о твоей осведомленности, но тут мимо. Жена в больнице. Я с ней.

Пауза. Долгая. Тягучая.

- Воронов. Какая жена? – не может сдержать удивления, - я не думал, что ты женишься после Яны…

Кирилл знает все. Именно был он тем человеком, который меня с беспробудного пьяного дна вытащил. Заставил встать на ноги. И он знал о моем отношении ко всему, что касалось моей бывшей жены.

- Тут сложно все, Стоцкий. Но факт в том, что мой развод аннулирован.

Присвистывает.

- Это запутанная история. Расскажу как ни будь под градусом.

- Лады. Ловлю на слове, Ворон, поговорим еще, а жене твоей здоровья. Созвонимся.

Кирилл отключается, а я понимаю, что сидеть и ждать в коридоре, пока моя жена обследуется – самое страшное, потому что в башку чертовы мысли лезут и все они несут негатив.

И хочется себе лоб расшибить о стену, потому что возможно я опять перегнул с Яной. Изголодался я по ней, а она по мне, но все же…

Худенькая она слишком, фарфоровая, тонкая подобно статуэтке, и я навредить боюсь, сломать боюсь и вместе с тем восхищаюсь, потому что под тонкостью скрывается настоящий стержень титан.

Моя девочка сочетает в себе твердость и мягкость…

Такая открытая, добрая, человечная.

А я… я все о ней узнал. Абсолютно. Вплоть до того, что она одного из своих студентов не побоялась из КПЗ вытаскивать.

Дельный пацан тот, между прочим, оказался и я совсем крышей поехал, раз распорядился в кабинетах, где проходят лекции Яны разместить камеры…

Объяснял себе, что это из принципа безопасности, чтобы видеть свою жену, защищать ее, учитывая, что твориться вокруг и что скрыто от глаз обывателя…

Но…

На самом деле… Я просто смотрел и слушал, как моя Яна ведет свои лекции, как подкалывает своих студентов, а еще… еще я слышал, что они про нее говорят, как уважают своего строго преподавателя, и как всем курсом решали защищать ее…"

"Но к коррупционным вопрос в университете моя Яна, разумеется, никогда не могла быть причастна.