Путь долга и любви

Как реагирует новоявленный король Верилии — не знаю, не вижу. Только в следующий момент моя ладонь оказывается на локте Кирстена, и я запоздало понимаю — меня ведут к дверям, прочь из зала.

Гул голосов становится тише. Конечно, мне следует улыбнуться и заверить верилийцев, что всё в порядке, но я не в состоянии. Единственное, на что хватает сил, — держать лицо и спину.

Лакеев нет. Мы останавливаемся у резной створки. Мне приходится убрать ладонь с его локтя, дождаться, когда Кир откроет двери и, повинуясь жесту, пройти вперёд. Кирстен выходит следом и прикрывает дверь.

В следующий миг боевик подхватывает меня на руки, и в гулкой тишине дворца звучит яростное:

— Целителя сюда! Немедленно!

А я проваливаюсь в первый в жизни настоящий обморок.

Атмосфера, царившая в небольшой, оформленной в золотисто-алых тонах гостиной, была, мягко говоря, нервной. Я лежала на удобном, обитом кожей диванчике и старалась не смотреть на собравшихся вокруг мужчин. На бледного, крайне взволнованного отца, на не менее бледного Рида и хмурую троицу представителей венценосного рода Донтор.

Я пыталась сосредоточиться на другом, нейтральном человеке — на худощавом пожилом целителе, который восседал на стуле и по десятому разу щупал мой пульс. Прояснять ситуацию целитель не спешил…

— Что с моей дочерью? — не выдержал господин Форан.

Мужчина в бледно-зелёном камзоле одарил суровым взглядом сперва меня, после обступивших диванчик аристократов. Потом неодобрительно крякнул и заявил:

— Ничего хорошего, господа.

Папа побледнел ещё больше, Рид нахмурил брови, Кирстен заметно дёрнулся. А я заёрзала и попыталась сесть. Тот факт, что лежу в присутствии двух королей изрядно смущал, но справиться со слабостью, увы, не смогла.

— У госпожи Эмелис жесточайшее магическое истощение, — сообщил целитель. И добавил с особой, предельно мрачной интонацией: — Она на грани выгорания.

Недовольство мужчины в бледно-зелёном камзоле было вполне понятно — магическое выгорание относится к тому типу травм, исцелить которые невозможно. Более того, чем выше уровень дара, тем больший урон наносится здоровью. Выгоревший маг… он в овощ превращается. Не в прямом смысле, а в плане психики.

— Почему это произошло? — спросил Ридкард тихо.

В этот раз суровый взгляд целителя предназначался исключительно мне.

— Госпожа Эмелис, извините, но в данном случае я не считаю себя обязанным хранить врачебную тайну. Если вы не в состоянии избежать подобных инцидентов, то ваши близкие должны знать.

И уже им, в смысле близким:

— Я не менталист, господа. Но даже я вижу на ауре госпожи Эмелис два свежих рубца. Это означает, что за последние полгода эта девушка умудрилась заработать два магических срыва.