Путь долга и любви

И к Северным горам никогда не ходил.

— Он к ним летал, — сообщил Кир доверительным шёпотом.

— На драконе?

Боевик отрицательно качнул головой и прошептал:

— Во снах.

Мой мир не то чтобы рухнул, но прогнулся знатно. Просто я прекрасно поняла, о какого рода снах идёт речь, и искренне опешила.

— Тердон практиковал осознанный выход из тела? Кир, но эти техники всегда были запрещены!

Да, запрещены, потому что опасность невозврата не просто большая — бешеная!

Покидая тело, душа попадает на так называемый тонкий план, где обитают души неупокоившихся мертвецов — тех самых, которым не удалось уйти за Грань, и ряд других, не очень приятных сущностей.

Все «жители» тонкого плана пребывают в своеобразном беспамятстве и, в принципе, не агрессивны, но… только до поры.

Они не реагируют на души спящих, которые очень часто в этот пласт реальности забредают, потому что те пребывают в столь же аморфном состоянии. А вот душа, совершающая осознанное путешествие, вызывает диссонанс. Это всё равно, что кусочек сахара около муравейника бросить — кажется ничего особенного, но муравьи всё равно учуют и придут, чтобы… съесть.

Каковы шансы справиться хотя бы с одним агрессивным духом? В действительности они мизерны, хотя бы потому, что жители тонкого плана действуют как звери, а «сновидец» осознаёт себя человеком и, зачастую, воспитанным. Если же «сновидец» маг, то шансов ещё меньше — магии-то на тонком плане нет, а привычка пускать в ход заклинания, а не кулаки у нас на уровне рефлекса.

Кир моих настроений не разделял…

— И кто же нам о запретах рассказывает? — протянул боевик игриво. — А, Эмелис?

Намёк на зеркальный щит, который я применила против Даяны, Лим и Карас, с толку не сбил.

Я продолжала ужасаться. Осознанный выход из тела… да это всё равно, что облиться маслом и в костёр прыгнуть! Как Тердон решился? А главное — как выжил? Ведь точно помню, великий маг не во сне умер.

— Дальше рассказывать? — перебил мои мысли Кир. Он по-прежнему продолжал нависать и дышать в губы, а ещё смотрел очень пристально и хитро.

— Да, — пробормотала я. — Рассказывать.

Боевик кивнул, коснулся губами моего подбородка и действительно продолжил:

— Путешествие на тонком плане, сама понимаешь, проще, чем путешествие физическое — никакого голода и холода, усталость только умственная, да и скорость передвижения иная.

Так что Тердону удалось сделать то, о чём другим лишь мечталось. Он заглянул за гряду Северных гор, а увиденное описал в своих дневниках."

"Я скептически заломила бровь, но промолчала. Впрочем, боевик и без слов понял.

— Да, Эмелис, дневники сохранились. Не все, но тот, в котором описан этот опыт, у нас есть. Как можешь догадаться, дневник принадлежит роду моей матери.

— И?.. — нетерпеливо подтолкнула я.