Путь магии и сердца
Боевики и защитницы — извечный симбиоз и извечное противостояние. Они всегда работают в паре: один бьет, вторая прикрывает. И так уж сложилось, что обзавестись партнером, с которым предстоит работать всю оставшуюся жизнь, каждый старается как можно раньше. Но из всякого правила есть исключения. Для Эмелис из рода Бьен карьера мага недоступна. Завершив учебу, она будет вынуждена вернуться к той жизни, от которой сбежала девять лет назад — балы, интриги и ядовитые улыбки высшего света. Поэтому Эмелис не нужна пара, но если другого способа избежать навязчивых ухаживаний боевых магов нет, придется идти на сделку. Не с совестью, разумеется, а с самым загадочным студентом дурборской академии магии. С синеглазым брюнетом, которому, как и ей, влюбляться запрещено…
Ректорат готов бесплатно и быстро доставить каждого студента в любую точку Дурбора, при условии, что в этой самой точке тоже стационарный портал имеется.
Все, кому посчастливилось родиться в крупных городах, традиционно едут по домам. Те, чей дом слишком далеко от стационарного портала, в компашки объединяются и планируют дружный загул в столице. Ещё одна часть студиозусов — из тех, кто слишком застенчив или средств на загулы не имеет, — в академии, остаётся.
В том, что касается лично меня, в Верилии мне делать нечего, разве что проблемы создавать (да и не уверена, что этот портал до моего дома дотянет). Болтаться по столице Дурбора тоже не хочется — мало ли, вдруг кто опознает. Так что выход один — остаться в академии. Собственно, с самого начала так планировала.
— А Кир? — выпалила Милли.
— А что Кир?
Глаза подруги ещё больше сделались, хотя, казалось, куда уж?
— У Кира дел невпроворот, — попыталась сгладить ситуацию я. — К тому же совместные каникулы — это слишком. Наши отношения не на той стадии, чтобы…
— Как это не на той! — перебила Милли. — А на какой же?!
Я потупилась. Не объяснять же ей, что всё фикция? А признаваться в том, что боевик даже не заикнулся насчёт каникул, не хочется тем более. Нет, мне не обидно, я всё понимаю и не рассчитывала даже! Но Милли этого точно не поймёт.
— Я не готова ехать на каникулы с Киром.
— Почему?
— Потому что… потому что…
Я искренне пыталась выдумать правдоподобную причину, но фантазия отказала. Единственное — очень отчётливо вспомнился один эпизод, который при сильной натяжке мог сойти за повод… Мог, если бы Милли знала, что во время моих ночёвок в мужской общаге Кир спит в бриджах и под пледом.
— Просто не хочу, и всё, — пробормотала я.
— Опять поссорились?
Я не выдержала, закатила глаза.
— Нет.
— Тогда пойдём с нами? — тут же предложила подруга.
— С вами? — Я не смогла сдержать улыбки. — К родителям Сина? Обсуждать вашу с Сином свадьбу? Милли, я тебя умоляю…
— А что такого? Эмелис, тебя же никто не будет заставлять выбирать салфетки и кружева для платья! Хотя я бы от твоей помощи не отказалась, при твоём вкусе…
— Милли, нет. Спасибо тебе, но не могу. Я в академии останусь, и это не обсуждается.
Подруга отстала не сразу. Сперва помучила как следует, заставила придумать тысячу и одну причину моего нежелания погостить в доме её будущих родственников. Потом снова к вопросу наших с Киром отношений вернулась и жутко обиделась, когда я встала и отправилась к себе.
А в моей памяти вновь и вновь всплывал эпизод, который мог бы послужить отличным поводом для отказа от совместных каникул.














