Путь магии и сердца

— Госпожа Эмелис, оставьте, — сказала она и устремилась ко мне.

Да, у Бетти проблем с бытовыми заклинаниями не было, как и у большинства жителей нашего мира. Иногда казалось, что я одна такая… слегка ущербная.

— Господин Кирстен уже ждёт, — приблизившись, шепнула девица. И мысли о бытовых заклинаниях из головы выдуло!

Я даже о том, что стою в незастёгнутом платье, босиком и без причёски, не сразу вспомнила. С величайшим трудом подавила желание броситься к двери, ведущей в гостиную, чтобы… О Всевышний, я точно с ума сошла.

Бетти мои метания, разумеется, заметила.

— Госпожа Эмелис, потерпите, — хихикнула горничная. — Всего четверть часа, и я вас отпущу.

Четверть часа? Ладно. Попробую.

Глава 16

Завтрак, как вскоре выяснилось, не только я прогуляла. Госпожа Вента тоже не захотела променять мягкую подушку на омлет с беконом, зато теперь старушка пребывала в невероятно благодушном настроении.

С улыбкой пронаблюдала, как Кир усаживает меня за стол, подставила морщинистую щёку под поцелуй внука и принялась стрелять глазками с таким видом, словно узнала какой-то крайне интересный секрет.

Впрочем, поначалу я на этот факт внимания не обращала. Меня куда больше заботили улыбки Кира и мысли о том, какую причёску сделать на вечер. В последние дни я носила исключительно высокие причёски, так, может, теперь заплести пышную косу? Учитывая, что выбранное платье очень сложного кроя, а с рюшами и оборками явный перебор, простая причёска будет смотреться очень даже неплохо.

Или всё-таки высокую? С крупными локонами? И ещё ободок с розами, который грозилась сделать Бетти?

Ближе к середине обеда настроение госпожи Венты было мной замечено. Подлостей и гадостей от старушки ждать не приходилось, поэтому её взгляды… заинтриговали. Я даже вопросительно приподняла брови, но хозяйка замка пояснять отказалась.

Зато когда обед подошёл к концу и нам подали чай с кофой, моё любопытство сменилось тихим, всепоглощающим ужасом! Просто… сделав первый глоток чаю, госпожа Вента вздохнула в лучших традициях сентиментальных романов и сказала:

— Эмелис, дорогая, я бы хотела прогуляться по главной галерее. Ты меня проводишь?

О Всевышний! Только не говори, что старушка собирается вызвать на откровенный разговор! Или, что ещё хуже, дать совет, как обращаться с Киром. Я не выдержу! Умру на месте от смущения!

Сердце забилось раз в сто быстрей, но маску светской благовоспитанности я удержала. Доброжелательно кивнула, ответила:

— Конечно, госпожа Вента. С удовольствием.

Когда мы поднялись из-за стола, а я взяла пожилую леди под локоть, Кир… он даже не попытался меня спасти! Боевик ограничился полным сочувствия взглядом, причём совершенно не скрывал, что сочувствие липовое — уголки его губ дрожали, в глазах плясали искорки смеха.