Пышка с характером

Злата оттерла пьяненькую девицу и повернулась к Стасу: – Такая вот неприятность, все полки зарезервированы, мест нет. Придется тебе потерпеть с удовлетворением естественных потребностей.

Он некоторое время бестолково хлопал глазами, потом понимающе кивнул так, что клацнули зубы, а в шее что-то хрустнуло.

– Ты выпила… и ничего не понимаешь. Фу… Пьяная женщина – это так… так… несттчно!

– Неэстетично? – усмехнулась Злата. – Ну-ну. А это правда, что ты у Штраля работаешь?

– Дааа, – оживился Стас. – Рбтаю. Ого… ого-го. – Желая проиллюстрировать свое краткое выступление, он замахал руками, пытаясь выразить эмоции, переполнявшие его при упоминании любимого учителя.

Злата окинула его долгим оценивающим взглядом, под которым Стас попытался изобразить Наполеона, но стержень, поддерживавший его организм, до такой степени размягчил алкоголь, что он внезапно накренился и потерял равновесие.

Первое, что он ощутил, – дикая головная боль. Каменно-тяжелые веки не желали подниматься. Невероятным усилием он разлепил глаза. Сквозь частокол ресниц по зрачкам полоснул свет. Стас зажмурился и застонал.

– На, попей, – произнес знакомый голос, и в нос ударил омерзительный запах пива. Вообще-то, пиво он любил, но сейчас этот дрожжевой аромат всколыхнул в желудке цунами, и Стас с утробным всхлипом вскочил и заметался в поисках ванной комнаты. Кто-то втолкнул его в искомое помещение и захлопнул дверь.

Умываясь, Стас с изумлением оглядывался. Розовый кафель, огромная ванна необычной формы и гигантское зеркало в золотистой раме. Из зеркала на него смотрел голый мужик с кривоватыми волосатыми ногами, опухшим лицом и прической «я-упала-с-самосвала-тормозила-головой». Затылок раскалывался, в висках стучало долото.

– Где я? – спросил он обнаженного «красавца» и моментально вспомнил все.

Посинев от стыда, Стас скрючился, опустившись на бортик. Ему хотелось немедленно умереть. Через некоторое время ноги замерзли и затекли. Подкравшись к дверям, Стас прислушался. В квартире стояла гробовая тишина. Оставалась надежда, что он здесь если и не один, то уж хотя бы с Валентином. Надежда была очень слабой, поскольку голос, предлагавший пиво, был женским."

"– Может, Машка, – прошептал Стас. – А как мы до нее добрались?

Последнее, что он запомнил, – надвигающийся паркет в коридоре и туфельки Златы.

Обмотавшись полотенцем, Стас на цыпочках вышел в коридор. Пусто. В квартире никого не было. Его брюки отсутствовали. Оставалась только одна дверь в конце коридора. Она была чуть приоткрыта. Собравшись с духом, Стас толкнул ее и вошел. На огромной кровати, разметавшись, спала Злата. Одеяло валялось на полу. На девушке абсолютно ничего не было. Стас обалдело прислонился к косяку, не в силах уйти.