Пышка с характером

Двери теперь не откроются. А мне почти до кольца ехать, так что морального стимула у меня нет.

– Щас я тебя в глаз как простимулирую, – с угрозой произнес желающий выйти пассажир.

– Вы не дотянетесь, – порадовал его бас. – Да и места для нормального замаха нет.

Маруся забеспокоилась. Стать буфером между драчунами не хотелось.

– Мы попробуем что-нибудь сделать, – успокоила она «верхнего» спорщика.

– Двери можно выломать, например, – радостно посоветовал кто-то из глубины салона.

– Можно выйти через люк…

– В полу, – опять встрял в дискуссию бас.

Народ начал веселиться.

Обладатель баса вел себя скромно, шевелиться не пытался, в сумку и под юбку не лез. Он молча стоял сзади, замерев и пригревшись на уютной Марусиной спине. Двери так и не открылись, поскольку стимул у стоявших на нижней ступеньке отсутствовал. Пассажир, желавший покинуть гостеприимное нутро автобуса, проклиная правительство, государство и невоспитанных граждан, стал продираться к другому выходу.

Через пару остановок Марусе надо было выходить. Близость неизвестного мужчины так разволновала ее, что она непроизвольно принялась фантазировать на тему его внешности. Выходить не хотелось.

– Девушка, вы до какой остановки едете? – раздалось сзади.

Сердце застучало в два раза быстрее. Неужели…

– До следующей, – пробормотала Маруся. – Вы меня выпустите?

– А вы позволите вас проводить?

Ее обдало жаром. Наконец-то хоть кто-то…

– Давайте сначала выйдем, – оттянула Маруся момент истины. Соглашаться сразу не хотелось. Пусть не думает, что она хватается за первого встречного."

"С диким трудом покинув «Икарус», Маруся с преувеличенным вниманием начала осматривать свои отдавленные ноги. Поднять голову она стеснялась. В поле зрения топтались два грязных мужских башмака исполинского размера. Хозяин «ласт» молчал. Маруся выдохнула и распрямилась, выпятив грудь. Сумка едва не выпала у нее из рук: на слякотном тротуаре стоял невысокий тощенький субъект в коротком пальто и вязаной шапочке.

«А тот уехал, – промелькнула тоскливая мысль. – Все мужики уроды!»

– Вот мы и свободны! – пророкотал дядька. – Так как? Могу я проводить прекрасную даму?

«Ничего себе, – обалдела Маруся, – откуда в нем столько голоса?»

Кавалер вопросительно смотрел на нее, пряча озябшие руки в рукава.

– Да я не боюсь одна-то ходить, – неуверенно ответила она, еще не решив, нужен ли ей такой провожатый. Пока он стоял за спиной, Маруся успела мысленно снабдить его вовсе не такой кузнечиковой внешностью.

– Вас кто-то встречает и вы не хотите обидеть меня отказом, – понимающе протянул кузнечик и грустно моргнул.

– Никто меня не ждет. Я не замужем, – неожиданно для себя брякнула Маруся и смутилась.