Пышка с характером

Единственной мыслью, бившейся у нее в голове, было: почему на моем пути встречаются сплошные подлецы?

Галя открыла двери сразу, словно ждала.

– Привет! А что это лица на тебе нет? Случилось что? – Она торопливо довытирала руки о заляпанный фартук и посторонилась.

Лариса, которую снова колотило как в лихорадке, прошла в гостиную.

– О, цветы у тебя какие!

– Да, – улыбнулась Галя. – Мальчишки на день рождения подарили. И Федор еще розы принес.

Она с гордостью посмотрела в сторону детской, откуда доносились звуки борьбы и нешуточного спора.

– У тебя сегодня день рождения? – растерялась Лариса, зацепившись за возможность отложить скандал.

– Нет, не сегодня, – понимающе улыбнулась соседка. – Вчера, ты все правильно угадала. Спасибо тебе! Только я даже не знаю, неудобно вроде отказываться. Но слишком уж дорогой подарок! Ты извини, что я так… – Галя сбилась и покраснела.

Удивленная Лариса, абсолютно ничего не поняв из ее мямленья, похлопала глазами, повздыхала и наконец неуверенно произнесла:

– Я тебе подарок подарила?

– Спасибо тебе, Ларочка! – вместо ответа залилась слезами именинница.

 – Никогда у меня подобных вещей не было, да и не будет уже!

Галя вытянула вперед руку с краденым кольцом и восторженно уставилась на толстый палец, увенчанный обгрызенным ногтем с траурной каймой.

У Ларисы появилось горячее желание немедленно проснуться, поскольку этого просто не могло быть. Вряд ли Галя обнаглела до такой степени. Хотя, может, она сошла с ума?

– Галь, – промолвила Лариса. – А когда я тебе… это… подарила?

– Так вчера. – Галина забеспокоилась. – Федор принес. Еще цветы от себя добавил.

Объяснил, что ты стесняешься сама, боишься, что я не возьму, вот через него и передаешь. Еще сказал, что никаких отказов ты не принимаешь.

Галя побледнела, и теперь обе соседки сравнялись по цвету с перемороженным пломбиром."

"Лариса молча развернулась и вышла. Галя бежала сзади и что-то лопотала, но смысл оправданий соседки уже не доходил до нее. Конечно, а она-то чуть не подумала на Галину. Естественно, при всей своей простоте Галя не стала бы щеголять в ворованных обновках. Но Федор-то каков! С ума сойти.

Не жизнь, а комната страха. Или смеха? За что ей такое наказание? Ответ Лариса знала. Ноги сами вынесли ее к квартире негодяя. В Ларису словно бес вселился: она орала, материлась, топала ногами. В памяти осталось лишь посеревшее лицо Федора и его печальный, понимающий взгляд. Еще где-то сбоку маячил цветастый халат, словно натянутый на аэростат, – это соседка Мария Митрофановна выползла на звук скандала и, словно губка, с наслаждением впитывала происходящее, одобрительно кивая.