Пышка с характером

Чернявый продавец, увидев покупательницу, обалдело закатил глаза, зацокал языком и, осыпая ее комплиментами, начал сбывать товар.

– Вай, какай женчина! Ай жаль, не мой! – охал он, оглаживая на Марусе тонкий длинный сарафан. – Вай, как тебе идет. Самый твой размер, бери, не ошибешься. – И мужик трясущимися руками поправил бантики на внушительном бюсте красавицы.

Неподдельное восхищение юркого мужичонки льстило и укрепляло уверенность Маруси в себе. Увидев свое отражение в узком зеркале примерочного закутка, она потрясенно охнула. Мужик не врал. Мама одобрительно кивнула.

Снимать сарафан не хотелось, она так и двинулась дальше по торговому комплексу. Не надевать же, в самом-то деле, бесформенный балахон, в котором Маруся сюда приехала. Она плыла сквозь людскую толчею, ловя восторженные взгляды мужчин. Яркая сочная красота, упакованная в легкий, не по сезону, крепдешин, притягивала и завораживала. В серой толпе, целеустремленно шныряющей по рынку, Маруся чувствовала себя экзотическим цветком. Это был горячий душ после ледяного холода одиночества. От счастья хотелось плакать. Она почувствовала себя не просто человеком, а женщиной.

– Ма, – задумчиво протянула Маруся, когда они вышли на улицу, нагруженные пакетами. – А может, мне прическу сделать?

– С ума сошла? – Мама замахала объемистым мешком и отчаянно зашевелила бровями. – Да твоей косой гордиться надо, а ты – прическу! Ты, Мариша, настоящая русская красавица. Мы тебя вообще замуж за американского миллионера выдадим. У них сейчас русские в моде.

– В борделях особенно! – загасила дочь разгорающийся костер ее планов.

– Необязательно за американского. Можно и за нашего.

Наш даже лучше. Язык учить не придется. – Мама размечталась, представив нового зятя, вылезающего из лаково блестящей иномарки.

– Вот-вот, у нас же только в языке проблема. А так-то очередь под окном с утра стоит! – Маруся перехватила поудобнее ручку пакета и решительно зашагала к метро. Надо торопиться. Максимка, оставленный на попечение дедушки, мог уже вспомнить про маму и закатить истерику.

Забытая восторженность собой взбудоражила Марусю. Проверить свои чары она решила на Викторе. Так расписывают старый стержень на жеваном листке бумаги, но для первого раза сгодится и этот подопытный материал.

Увидев жену, которую он уже давно воспринимал как серое размытое пятно, бывший муж слегка протрезвел. Похудевшая Маруся, доведя организм до предельно возможного веса в восемьдесят девять килограммов, несмотря на победу, продолжала ходить по дому в бесформенной хламиде, оставшейся со времен беременности. Поэтому постройневшая супруга, употребившая для эксперимента оставшиеся огрызки косметики и нарядившаяся в новый сарафан, осталась неузнанной.