Расплата за риск

Надеялся, что бурная реакция отрезвит его стекшиеся ниже пояса мозги.

– Это хорошо, – хмыкнула Жуля. – Радует, что и ты не ждешь от наших отношений романтики. Просто секс меня устроит.

Данилов мысленно уронил челюсть и медленно возвращал ее на место. А Фарт уже успела отстраниться от него и сесть верхом. От движения Жу-жу края полотенца разъехались, грозя оставить девичье тело без прикрытия. Джек понял, что его руки не хотят слушать команды мозга. Сжимают мягкую ткань полотенца, тянут, сдвигают, обнажая идеальную женскую грудь.

Он не знал, откуда в ней столько женственности. Еще несколько дней назад он следил за ней, наблюдал из укрытия, как она скачет на одной ноге по своей комнате, ища потерявшийся носок или тапок. Для Данилова Джульетта была работой, ребенком клиентки, девчонкой, которую нужно вывезти из города и охранять от Тенюшина и его людей. А сейчас она сидела на его коленях, смотрела в его глаза так, что внутренности сворачивались в тугой узел. И предлагала «просто секс».

– Отлично! – рявкнул Данилов, чувствуя, что адское возбуждение смешивается со злостью на эту мелкую неразумную пигалицу.

На мгновение он увидел капельку страха в ее глазах. Но уже не мог притормозить. Хотелось наказать ее, чтобы больше не смела предлагать свое красивое тело опасным мужикам, пусть этим мужиком и являлся он сам.

Яростный поцелуй был совсем не тем, на что рассчитывала Джульетта. В ее мыслях все еще царила обида на отца, на мать, на весь мир вокруг нее. И хотелось совершить какую-нибудь глупость, которая позволила бы почувствовать себя живой. Ранее она бы никогда и ни за что не села на мужские колени, и тем более, не завела бы с ним разговоры о сексе. Откровенно признаться, она сомневалась, что вообще способна на интимные отношения после того, как Тенюшин заявил о своем намерении лишить ее девственности.

Но с Джеком все было иначе. Казалось, будто бы развратная ведьма вселилась в скромницу Жу-жу. И вместо того, чтобы с криками отбиваться от настойчивых губ своего похитителя, Джульетта наоборот, вцепилась в его волосы, ближе притягивая его голову к себе. А потом и вовсе обхватила его талию ногами, заключая в плен. Между их телами осталась единственная преграда из ее полотенца и джинсов Злодея.

Данилов почти наяву слышал скрип собственной крыши. Он сошел с ума. И, скорее всего, никогда не излечится. Злость на Джульетты медленно утихала, вытесняемая страстью и желанием оказаться глубоко в этом податливом теле.

Но будь он проклят, если позволит инстинктам взять верх над собой."

"Его спас тихий сигнал входящего сообщения. Он знал, от кого оно. Знал, чем интересуется отправитель. И знал, что необходимо ответить.

– Секса не будет, Джульетта, – холодно проговорил Данилов, поднимаясь на ноги вместе с девушкой.