Разрушительная игра

Я ненавидел пятничные вечера – впереди ждали целые выходные с мамой наедине.

– Пустое место… ничего общего с отцом… ты меня слушаешь, кусок дерьма?"

"Я смотрел на трещины в полу, пока они не поплыли у меня перед глазами. Однажды я отсюда выберусь. Так или иначе.

– Я спросила, ты слушаешь? – Мама схватила меня за плечи и встряхнула так сильно, что застучали зубы. – Смотри на меня, когда я с тобой говорю!

Она ударила меня так сильно, что я споткнулся, и от боли зазвенело в ушах.

Мое тело изогнулось, и я не успел сгруппироваться – мне в голову врезался угол обеденного стола, и все почернело.

Я моргнул, и запах старого кетчупа и водки исчез, сменившись запахом свежего льда и удушливых духов Джас.

Подъехали Бриджит со Стефаном, и папарацци совсем обезумели.

Щелк. Щелк. Щелк.

– …на какое-то время, – сказал Стефан. – Но с удовольствием встречусь с тобой снова, когда вернусь.

– Куда-то собираешься? – уточнил я.

Я не имел права вмешиваться в их разговор, но мне было плевать.

Стефан бросил на меня испуганный взгляд.

– Да. Вчера моя мама упала и сломала бедро. Она в порядке, но будет восстанавливаться в нашем доме в Преории.

Ей одиноко – отец останется здесь на парламентскую сессию, – так что я побуду с ней, пока она не поправится.

Он ответил очень любезно, что разозлило меня еще сильнее. Чем сложнее было его ненавидеть, тем больше я ненавидел.

– Очень печально, – сказал я.

Стефан молчал, явно не понимая, как трактовать мой тон.

– Надеюсь, она скоро поправится. – Бриджит посмотрела на меня с легким упреком. – А теперь горячий шоколад…

Она повела его к прилавку с шоколадом на другом конце катка, оставив меня наедине с кипящим внутри гневом.

Должность постоянного телохранителя Бриджит предполагала, что мне придется смотреть, как она встречается с другими людьми.

Я понимал, что это мой крест.

Просто не ожидал, что все случится так скоро.

Она ходила на свидания в Нью-Йорке, но там все было иначе. Ей не нравился ни один из парней, и она не планировала выходить замуж.

К горлу подступила желчь.

К счастью, вскоре свидание закончилось, и я затащил ее в машину прежде, чем Стефан успел выкинуть какую-нибудь глупость вроде поцелуя.

– Восстановление сломанного бедра занимает от одного до четырех месяцев, – сказал я, пока мы ехали во дворец.

 – Не повезло его светлости. Как не вовремя.

Сама судьба не благоволила их паре. Иначе она не оттолкнула бы Стефана сразу после встречи с Бриджит.

Я никогда не верил в судьбу, но, возможно, придется отправить ей большую открытку с благодарностью. И даже добавить немного конфет и цветов.

Бриджит не попалась на приманку.

– На самом деле все складывается идеально, – сказала она. – Я тоже уеду из Атенберга на несколько недель.

Я глянул на нее в зеркало заднего вида.